Мифриловый крест

Я смиренно сидел в самом дальнем от входа углу заведения, объемистый куль с упакованным внутри автоматом лежал под лавкой, придавленный моей ногой. Рядом оттягивалась компания не обремененных интеллектом молодых ребят. Судя по разговорам, обслуга купеческого каравана. Или охрана. Пожалуй, второе больше похоже на правду: все – не ниже ста семидесяти сантиметров, а в этом мире такой рост значительно выше среднего.

На меня настороженно косились, но с разговорами не приставали. Заметили оружие под рогожей? Нет, это невозможно, они пришли позже и не видели, как я прячу куль под лавку.

Полумрак расступился, и на лавку напротив взгромоздился коренастый парнишка – на вид лет пятнадцати, но не по годам крепкий. Несколько минут назад товарищи посылали его разузнать последние новости насчет того, что там громыхало час назад в бляжьей слободе. Судя по возбужденно бегающим глазам юноши, он услышал много интересного.

– Слушайте, пацаны, – начал он, – там такое… – Он перекрестился.

– Да хватит тебе заливать, – буркнул кряжистый бородатый мужик лет сорока, судя по всему, начальник этого коллектива. – Скажешь тоже – две сотни.

– Вот те крест, дядя Сидор, – парень перекрестился еще раз, – истинно говорю – две сотни, не меньше. Так и шныряют везде, так и шныряют. И какие-то они… перепуганные…

Парень произнес эти слова, да так и замер с открытым ртом. Видно, до самого дошло, что он сказал.

– Кого им бояться? – удивился дядя Сидор. – Ты, Афонька, говори, да не заговаривайся. Две сотни монахов только антихрист напугает.

Афонька согласился, побледнел и перекрестился еще раз.

– А вы как думаете, уважаемый, – обратился ко мне дядя Сидор, – разве может что-нибудь напугать две сотни монахов?

Я пожал плечами, думая, что этого хватит, но дядя Сидор выжидательно смотрел на меня – пришлось дать более развернутый ответ.

– Напугать можно кого угодно, – сказал я. – Антихрист, не к ночи будь помянут, – я перекрестился, – тому пример, да и обычный дьявол тоже любого испугает. Ну или почти любого. Еще две сотни монахов могут бояться трех сотен вражьих монахов – только откуда врагам взяться в самом сердце России? А мог появиться один дикий монах, но очень сильный.

– Такие монахи только в сказках бывают, – усмехнулся Сидор. – Сдается мне, здесь в другом дело.