Блеск тела

По двум причинам: во-первых, она дежурила до утра, а во-вторых, слишком большие ставки были сделаны днём.

Траулько давно усвоила нехитрую истину: в жизни можно просто плыть по течению. Если есть течение. Но лучше самой стать рекой и пробивать себе русло в унылой повседневности. В полиции течения не было. В этой системе ценностей, если усердно работать по восемь часов в день, то можешь стать начальником и тогда начнешь вкалывать по двенадцать. Траулько не хотела двадцать лет биться, как рыба об асфальт, чтобы в конце карьеры получить нищебродскую пенсию, лицемерное сожаление коллег на прощальной пьянке и дешёвые часы от руководства.

Она обожала всё красивое, и чтобы её девочки занимались фигурным катанием, поэтому сейчас Траулько ждала важный звонок.

Дежурство проходило спокойно. В этот июльский вечер петербуржцы и гости Северной Пальмиры не были склонны сильно нарушать общественный порядок. К семи часам наряд вневедомственной охраны привёз трёх пацанов с района, плотно обсаженных какой-то дрянью.

Югендбыдло пыталось зайти за водкой в закрытый на ночь ларёк «Вкусная кура и греча». Наряд оперативно выехал на сработку сигнализации и отфиксировал этих чертей. Малолетки вяло матерились – дрянь действовала на ура. На пока их закрыли в обезьянник или по-питерски «аквариум» – место, где потухают мечты. Там они и примирились с этим миром. Потом оперативники из розыска доставили карманника, случайно задержанного в троллейбусе. Карманотыра пробили по базе, узнали, обрадовались и отправили ночевать к спящим пацанам.

Покрасив ногти, Траулько позвонила домой. Проверить обстановку. Там всё было как обычно: чёкупилы смотрели мультики, чёпожрать – футбол. Майор дала мужу ясные, чёткие указания на вечер, хотя понимала, что это глас орущего в крыжовнике. Всё равно всё забудет и перепутает. Мужик ведь! Тем не менее, на душе у Траулько стало спокойнее: «это я сказала, это я предупредила…» Она собиралась попудрить усталое лицо, но тут не вовремя зазвонил мобильник.

Это беспокоили фигуранты пока незаведённого дела об экстремизме в чебуречной. Агенты два нуля.

– Всё в ажуре, гражданка начальник, – произнёс знакомый воровской голос. – Камешек у нас.

Траулько безмерно удивилась про себя, но вида не подала.

– Где вы сейчас?

– Ещё в хоромах. Осматриваемся. По всему видно, что барыга родился в дорогой рубашке.

– Как всё прошло?

– Всё динь-динь, гражданка начальник.

– Не называй меня так.