Блеск тела

Твою в колено! Сталина на него нет!

Чтобы успокоиться, побагровевший дед Брюсли сделал большой глоток спорыша. Скривился. Глядя на него с состраданием, Доброе Утро непроизвольно скривился тоже. В кухню протиснулся Очкарик. Он устроил своё длинное тело на табурете у стены, открыл книжку с многообещающим названием «Как сделать водку из чайного листа» и принялся за чтение. Челюсти Очкарика равнодушно жевали мятную жвачку. На запах щей из своей комнаты выглянула Морковка. Она покрутила носом, потом крикнула в кухню:

– А ну признавайтесь, соседи! Кто взял мой обед?

Разливая по тарелкам горячие щи, Доброе Утро весело сказал:

– Обещаю в качестве компенсации завтра испечь пирог с рыбой.

Морковка улыбнулась ему из коридора:

– Лю тя!

Она любила рыбный пирог. Размечтавшись, Морковка опрометчиво достала сигарету из мятой пачки. Дед Брюсли недовольно посмотрел на девушку.

– Алёна, мы договаривались, что ты будешь курить только в своей комнате. Подумай о здоровье. Не замутняй своё ци!

Морковка беспечно махнула рукой с сигаретой.

– Мне можна. Я девачко.

Всё же она спрятала сигарету обратно в пачку. Очкарик вынул изо рта серый комочек жвачки, положил его на стол и начал шумно хлебать щи, не отрываясь от книжки. Доброе Утро тоже энергично заработал ложкой. Дед Брюсли налил себе жасминового чая и нудно забурчал:

– Хотите жить против часовой стрелки – живите. Мне на вашу ориентацию параллельно, трахайтесь хоть с ежами, но за квартиру нужно платить! Не забывайте вовремя отдавать кесарю кесарево, а слесарю слесарево.

Морковка сделала вид, что внезапно оглохла. Очкарик ничего не сказал, потому что читал и не хотел отвлекаться. Рот Доброго Утра был занят капустой. А дед Брюсли продолжал прессовать:

– Вот выгоню вас всех на улицу и что вы будете делать? Клеить объявления на заборах: «Молодая семья, три человека, без детей, снимет квартиру»?

Доброе Утро прессинга не выдержал.

– Через неделю мы заплатим.

Дед Брюсли ехидно сказал:

– Конечно, заплатите, а ещё обезьяны летают.

– Это как? – не понял Доброе Утро.

– Это означает, что я тебе не верю, Жека, – признался дед Брюсли.

– Честное слово, заплатим!

Очкарик с удивлением посмотрел на друга. Морковка, стоя в коридоре, тоже заинтересовалась. Доброе Утро широко улыбнулся и объявил главное:

– Но для этого мне необходимо съездить в Москву. Туда-сюда. Ну, вы понимаете.