Эвристика доступности

Здешний же город явно был заброшен очень, очень давно, так что здания позарастали от фундамента до крыши, камни растрескались, а некоторые и вовсе искрошились в пыль, и от многих домов остались одни остовы. Лазить по ним никакого желания не было.

Архитектура, на мой дилетантский взгляд, была скорее античной, чем современной, во всяком случае, белый камень стен подозрительно напоминал мрамор, а многие дома могли похвастаться полуразрушенными колоннами. Правда, нигде не обнаружилось ничего выше двух этажей, так что оставалось только гадать, какой высоты всё это было раньше.

Нашёл я тут и остатки пирсов, на удивление тоже мраморных. Корабли исчезли, а может, сгнили на дне. Но далеко в руины забредать не давала интуиция: как-то слишком уж пугающе всё это выглядело. Слишком тихо, даже ветра нет, а ведь рядом море.

А когда я нашёл на центральной площади мраморный обелиск, покрытый знакомыми на вид письменами, ноги сами понесли меня прочь из этого зловещего места, а в спину ударил порыв ледяного ветра.

Правда, обелиск никак не отреагировал на моё появление, но как-то очень уж он был похож на памятный валун, рядом с которым погибла коллега-попаданка. Может, это и совпадение. Но лучше я поберегусь – целее буду.

Соли, к моему разочарованию, на берегу оказалось совсем немного. За пару часов кое-как я наскрёб крошечную горстку – весь улов мог бы поместиться в спичечный коробок, и специально подготовленный кусок бамбуковой палки с пробками не заполнился и на десятую часть. Для начала этого, конечно, хватит, но каждый раз так мучиться меня совсем не устраивало.

Обратно я шёл мрачный и подавленный. Наседали мысли наподобие «в какую вонючую дыру я попал?» и «долго я тут не проживу». В самом деле, вокруг – какая-то глушь, руины красноречиво показывают, что местный край оставили и сбежали куда подальше, если вообще не перемёрли. Единственным лучом света в тёмном царстве был Харальд, даром что мёртвый и безымянный. Сейчас я не был уверен, что мне вообще нужна цивилизация, в которой людей режут и пускают по реке, но рано или поздно одиночество меня доконает.

Короче, я решил: обустраиваюсь тут по максимуму, чтобы обеспечить себе путь к отступлению, а дальше иду искать людей. Рано или поздно я войду с ними в контакт, а там видно будет. Тем более что особо искать их не придётся – я был почти уверен, что Харальда убили в каком-нибудь селении выше по течению. Не нарочно же его тащили издалека только для того, чтобы утопить тело.