Когда на Земле становится скучно

Через минуту Вероника должна быть здесь, на Кировке. Где мы договорились встретиться, но перекресток она не проедет…

– …человек спит. И нужен толчок, чтобы разбудить его. Порой, бывает, очень жестокий, – говорил Сергей. Точнее он это еще скажет. В попытке успокоить меня после аварии. Тогда я хорошо приложился по его физиономии. Нашел он способ поддержать меня, а это и послужило стимулом для начала действий.

Сейчас… может, проснуться надо сейчас?

Секунды тянулись, превращаясь в резину. Уже появился знакомый силуэт «Калины».

Красный свет светофора притормозил ее. Капли дождя нещадно прорезали пространство, отображая его иную сущность. Как в глубоком космосе, по заверениям теоретиков–астрономов, пространство обладает необычными свойствами. И искривления под воздействием черных дыр. И совсем загадочные червоточины, наличие которых зависит чуть ли не от сознания человека.

Так может, и время усыпано червоточинами.

Я напрягся. Потом вспомнил, что нужна очень сильная вера.

И настрой…

Зеленый свет зажигался медленнее падающих листьев.

Еще медленнее тронулась с места Вероника. А наперерез выдвинулся корпус иномарки. Тот злополучный «Ландкрузер».

Резиновое время удлинилось до часов, дней… Нет, ничего не получается!

Изменить судьбу нельзя… Немой крик застрял в горле… И…

И я порвал время.

Ослепительная линия перечертила перекресток сверху вниз.

Разделив приближающиеся машины на два противоположных мира. Экран на мгновенье застыл, а затем окончательно погас. Стремительная бесконечность, бездумно мчащаяся вдаль, неожиданно прекратила бег.

Остановилась. Пьянящее безрассудство скомкало последние воспоминания будущего, ставшего неожиданно прошлым.

Осознание того, что изменить неизбежное не только можно, но и легко, пронеслось, как озарение, как просветление.

Я сидел на диване и продолжал ломать пульт DVD.

– Сколько можно? – послышался откуда-то сзади девичий голос. Сестра Вера подкралась незаметно, – Этот фильм уже смотришь в десятый раз. Плеер уже не выдержал – сломался.

Я посмотрел в окно. Облака неслись по небу с сумасшедшей скоростью. Наверно, к перемене погоды.

Привет, облака. Я проснулся…

Через минуту я взял трубку и набрал номер.

– Привет, Валерьевич! Не отвлекаю? Да, картина хорошая, но! Вам же в киностудии все равно сейчас заняться нечем. Да. А картина не вышла в прокат. Умоляю! Сильно умоляю: оставьте главную героиню в живых, а то потом все зрители в депрессивно-ностальгическом настрое придут и вас побьют.