Хризантема на мокром асфальте. Детектив

Теплая, душистая пена обволакивала усталое тело, мягкая вода ласкала каждую клеточку, усыпляла и тот странный внутренний голос, который время от времени беспокоил, и, которому Иван еще не мог дать точного определения: как будто какой-то маленький гном выскакивал из старинных часов и отрывистым голосом попискивал: а вдруг – нет? Иван прогонял от себя этот писк, погружаясь в волны блаженства.

– Ваня, да скоро ты? – послышался Танюшкин голос из кухни.

– Сейчас, мое солнышко, уже бегу!

Стол ломился от еды. Как будто Иван не из обычного рейса приехал, а вернулся, по меньшей мере, из полярной экспедиции, где пропадал долгие месяцы, рискуя жизнью, и спасая свою шкуру от белых медведей.

Румяные шанежки, пирожки с яблоками, огурчики соленые, помидорчики маринованные, колбаска и сыр, а самое главное, его любимый, горячий и душистый – украинский борщ! И в самом центре стола – бутылка «Посольской водки».

– Ну, Танюх, ты сегодня превзошла себя! – засмеялся Иван, лаская жену взглядом и наливая чистую, как утренняя роса, водку в хрустальные стопки.

Выпили. По телу разлилось приятное тепло, Иван потянулся за хрустящим огурчиком.

– Заждалась?

– Ой, Вань, ты кушай, а я все расскажу, – защебетала Танюшка. – Вчера должна была дежурить Мария, так я с ней поменялась, чтоб сегодняшний вечер свободным был, чтоб тебя встретить. Хорошо, что она согласилась, вот я все и приготовила, все чин- чинарем, правда, Вань?

– Еще каким чинарем! – довольный похвалил Иван жену.

– Я, Вань, плохо не люблю.

Вот за это Иван и любил свою женушку.

Разомлев от вкусного ужина, и глядя на сидящую напротив Татьяну, он вспомнил, как познакомился с ней. После долгих и безрезультатных хождений по всяким поликлиникам и кабинетам, причем за это время здоровье его было проверено от и до, он уже совсем потерял надежду отыскать ту, единственную, которая была бы не на вечерок, не на ночку, а на всю оставшуюся жизнь.

Это была трудная задача. Было несколько знакомств по обычному графику: кино или театр, смотря по интересам дамы.

Затем ресторан, или ужин дома. У нее или у себя – это тоже, как дама захочет. Затем – все остальное. До «остального» доходило не всегда, иногда все заканчивалось очень примитивно: ужин и бай-бай, так как некоторые дамы предпочитали спиртное больше, чем любовь. Все эти боевые походы так вымотали душу и тело, что в один прекрасный момент Иван сказал себе: все, баста, остаюсь холостяком.

И, как часто бывает в жизни, тут -то судьба ему и улыбнулась.