Невеста с последствиями

Лиззи после этого так на меня посмотрела… Так, словно она знала, что это произойдёт, но просто не ожидала, что так быстро.

Вспомни лучик, появится и солнце. В смысле, на пороге моей спальни вдруг обнаружился раэр Йэхар. Ещё более мрачный, чем айэр Оркоми до этого внизу, но хоть не такой же злой.

О, нет, он не злился. Он, окинув нас с Лиззи внимательными взглядами с головы до ног, уделил куда более пристальное внимание вначале надписи на стене, а затем и разбросанным по полу цветам.

И почему-то именно цветы ему не понравились совершенно.

– Надеюсь, вы их не трогали, – холодно произнёс он.

Ой…

– А если трогали?

Стремительный разворот, и раэр гневно взирает на меня. А я… виновато глянув на него в ответ, пожала плечами и попыталась оправдаться:

– Знаете, на них не написано, что руками их лучше не трогать.

И без того мрачный взгляд мужчины ощутимо потемнел. Ясно, меня только что посчитали не самой умной в этой комнате.

И лишь подтвердили это, сквозь зубы процедив:

– Некоторые просто догадливые и всякую мерзость из желания жить не трогают.

Догадливые? Да, это было вполне обо мне, догадалась же я, что цветочки необычные, редкие и крайне опасные. И даже трогала их в перчатках, так что страха слова раэра не вызвали.

Страха за себя, по крайней мере, и я порадовалась, что прислуга оказалась как раз таки догадливой и убежала раньше, чем что-то потрогать.

Лиззи тихо спросила у Йэхара, посмотрев на него:

– Что будет, если цветы потрогать?

Очень медленно, словно заставляя себя, раэр Йэхар перевёл тяжёлый взгляд на Элизабет.

– Это АйРай, в переводе – Увядающая Жизнь. Природный яд данного растения вместе с соком проникает в организм жертвы через прикосновение. Если ничего не сделать, мири Корвей будет медленно умирать на протяжении месяца. Это будет весьма болезненный для неё месяц.

Он говорил негромко, но в повисшем молчании его слова звучали набатом.

Если раэр планировал нас запугать, то это у него получилось. Очень удачно получилось.

Лиззи медленно повернула голову и взглянула на меня с таким искренним ужасом, словно я уже была трупом.

– Я же говорила, что мы умрём, – дрожащим голосом прошептала она на айшисском, нашем родном языке.

Она сказала это только для меня, чтобы не понял раэр, но Лиззи просто не знала, что на данном языке он говорит превосходно.