Пленница льда

Со мной вообще многие свыклись: дети забегали в дом в надежде увидеть ведьму, взрослые приносили свои соболезнования по поводу гибели моего дома. Я с горечью кивала в ответ: дом свой я действительно потеряла.

Риа научила меня печь пироги, молча указывала на ингредиенты, поправляла, когда я делала что-то не так. Потом я научилась варить мясную похлебку, печь хлеб, от аромата которого текли слюнки. Дилан радовался тому, что его жена смилостивилась, а я искренне надеялась, что меня не выгонят, потому что уже привыкла к оборотням, а идти мне было некуда.

В современном мире было много подобных историй про попаданок, и я догадывалась, что здешний мир населен не только оборотнями. Что за существо было тогда в центре снежной бури?

Риа каждый день давала мне отвар из желтого корня. Один раз я решила его не пить, посмотреть, чем меня травят. Женщина уверяла, что это зелье поможет ускорить выздоровление, но я понимала, что не все так просто.

Тем же вечером, когда я пропустила прием зелья, я случайно заставила все предметы в доме подняться.

Буквально на сантиметр, но этого хватило.

Я не понимала, как контролировать силу, поэтому от страха мигом выпила зелье. Риа видела, что я не приняла лекарство, видимо, хотела показать, что бывает, когда не слушаешь знающего в этом толк оборотня.

Урок получился наглядным, но и идея в голове засела верная: нужно уметь держать себя в руках, а также защититься в случае опасности. Раз назвали ведьмой, значит, ведьмой и стану.

Рядом с деревней был лес – густой, труднопроходимый.

Он скрывал оборотней с северной стороны, защищая от врагов, но при этом и сам таил в себе опасность. Подслушав очередной разговор местных жителей, я узнала, что кого-то из стаи загрызли на охоте. От тела ничего не осталось.

– Придется усилить охрану по периметру, – голос стража звучал грубо и обеспокоенно. Я не знала его имени, как и имен большинства местных жителей, – выставить дозорных. Нежить в этом году совсем с ума сошла.

– И откуда ее столько взялось? Мы только недавно гарпий прогнали с их хворью, а теперь мертвечина очнулась.

Я старалась сбавить шаг, чтобы узнать как можно больше из разговора, но при этом не привлекать внимания. С последним ничего не получалось – куда бы я ни вышла, все тут же осматривали меня с ног до головы и замолкали, хотя могли бы уже привыкнуть.

Отдав в лавке за овощи два серебренника, я невольно замерла на главной дороге, устремив взор в сторону, противоположную лесу.