Пленница льда

Он посмотрел на мага с ненавистью и врезал кулаком по барьеру, – Ты все понял! Сразу все понял! Ты мог спасти многих! Мог вывести из деревни!

– Не мог, – лед в голосе колдуна был сродни чуме, что приближалась с каждым мгновением.

Я больше не слышала голосов… Они застывали, обрывались, сменялись ледяной тишиной.

– Мы не больны! – Женщина держала на руках двоих детей. Совсем крохотные, меньше года… Я смотрела на них и видела, как постепенно их глаза стекленели, но никто этого не видел.

Никто не видел, что на их коже блестели льдинки, что эти отметки становились все больше, так похожие на капельки пота.

 – Мы не больны!

– Ковен спасал деревни! – голос Морла заставил меня вздрогнуть, с силой сжать зубы, впиться ногтями себе в ладони, – Спасал целые города!

– Чума поражает на определенном расстоянии, – маг говорил все так же холодно, ни единый его мускул не дрогнул. – Те города были в разы больше этого. Все, кто оказался на зараженных землях, мертвы. Войти в мертвый город можно лишь после того, как все обратятся и взвесь в воздухе перестанет быть заразной.

Любой, в чьих жилах течет магия, станет тварью, жаждущей лишь одного: убивать. Если она ранит или укусит жертву, та либо покроется льдом, либо обратится. Мне жаль, но никто из вас не выйдет живым. По крайней мере, не по моей воле.

Сказав последние слова, Кочевник замолчал. Он ожидал реакции, наблюдал за мной, видел, как я невольно отступаю назад.

– Сэра! – Керен все еще был жив.

Он стоял рядом с Риа и Дьеном. – Чертова ведьма! Ты убьешь всех нас! Выпусти!

Руки дрожат. Все тело будто парализовало, я его не чувствовала, я только и могла, что дрожать, не в силах даже шаг сделать.

– Ты спасла ее! – Керен указал на Риску. – Ты спасла ее от чумы! Спасла! Я сам видел! Риска была ранена!

– Это не значит, что она здорова, – слова мага лишали всех надежды, – я не стану рисковать. Сэра, если ты подойдешь к барьеру, я тебя убью. Ты сильная ведьма, ты одна способна убить тысячи невинных.

Лед… Все смотрели на то, как земля под моими ногами обращается в лед. Я все же сделала еще несколько шагов назад. Больше никто не сможет меня коснуться. Никто не притронется… Никто.

Со всех сторон слышались крики о помощи, они обрывались, сменяясь ледяным скрипом.

Жители деревни обращались в ледяные статуи, замирали на месте, умирая почти мгновенно. Но кто-то просто падал на землю, дрожал от холода и не умирал.