Второй сектор

Но и оставшихся пятидесяти процентов мне хватало после такой долгой разлуки.

Ларинн как-то поделилась со мной, что она очень скучает по работе, и я решилась предложить доку иногда выпускать подругу на медосмотры и на дежурства. В качестве няньки на это время я предложила выделить им Марту – в конце концов, она всю жизнь приглядывает за Колином, так что в её воспитательных способностях я не сомневалась. Док немного поломался для приличия, но увидев тоскливый взгляд Ларинн, сказал:

– Но…конечно… если ты хочешь… да, наверно, это и впрямь отличное решение.

Поэтому Ларинн стала иногда выходить в дежурства и начала сиять как прежде, а Марта получила возможность познакомиться поближе с моей тёзкой и значительную прибавку к жалованию от меня и от дока.

Тесса была весьма неординарным ребёнком как все полукровки. Пока мы разговаривали с Ларинн, малышка как все обычные дети валялась в кроватке, гулила, корчила смешные рожицы и тянула в рот многочисленные погремушки.

Но иногда, когда я подходила к ней поиграть и сделать козу (будто я умею делать ещё что-то с маленькими детьми?), она фокусировала на мне взгляд огромных фиалковых глаз и смотрела на меня так пристально, что у меня внутри начинало что-то шевелиться. Как правило, после секунд десяти наших «гляделок», Тесса дружелюбно засвечивала мне погремушкой в лоб и заливалась каким-то нереально притягательным детским хохотом.

Несколько раз по вечерам мы собирались у дока и Ларинн большой компанией и веселились.

Болтали ни о чём, шутили, смеялись, вспоминали былое. Но о работе не говорили – её хватало за день.

С неприятными мне безопасниками я практически не сталкивалась – чему я была безгранично рада. Хотя на ежедневных заседаниях комиссии мне конечно приходилось общаться и с Томом, и с несколькими его приближёнными. Том мало изменился за прошедшее время. Тот же роковой красавчик с вечной ухмылкой на губах.

Открытой враждебности ко мне он не проявлял, но от сарказма в сторону моих предложений удержаться не мог. И смотрел иногда на меня так, что мне хотелось отчего-то съежиться. И это при том, что я никогда трусостью не славилась.

В какой-то из дней ко мне в кабинет зашла Линн – ей так и не удалось поговорить со мной в прошлый приезд.

– Привет! Можно? – она заглянула ко мне, когда у меня как раз было свободных полчаса на обед.