Внеплановая беременность

У вас в сезон хорошие зарплаты, – в трубке возникает говорящая пауза, я сглатываю.

– Я поняла, мам. Как только получу деньги, переведу тебе на карту. Постараюсь на днях приехать.

– Да чего ты будешь приезжать, работай уже до конца сезона. Деньги сейчас нам будут очень нужны. Может, тебе удастся в санаторий какой-то круглогодичный устроиться, чтобы не терять заработок. Ты за меня не переживай, Лерка с Санькой рядом, помогут. Ты там не голодаешь?

– Нет, мам. Как я могу голодать с такой работой.

– Ну да, что-то я сглупила. Все хорошо?

– Да, все хорошо, – о своей беременности молчу. Очень хочу, чтобы мама все поняла по моему молчанию, но она слишком озабочена собственными проблемами, чтобы услышать мои странные паузы.

– Вот и славно. Ладно, не будем тратить деньги на пустые разговоры. Звони мне теперь вечером, днем я у отца в больнице. Пока доеду, пока то, пока сё, не до телефонных разговоров.

– Хорошо, мам. Целую. Папе привет, пусть поправляется.

– И тебя целую, доча – на этом наш разговор прерывается, я обессиленная возникшими проблемами падаю лицом в подушку и всхлипываю.

Что делать? Путь домой, конечно, не заказан, но… Я туда не поеду. Я не смогу смотреть матери в глаза, видеть в них разочарование, укор. А отец меня сожрет живьем, даже лежачий. Язвительный язык-то не парализован. Проще утопиться. Москва-река широка и глубока, мостов в городе полно. Или прийти вновь к Диме и взять деньги на аборт. Только вот я не смогу потом после всего этого жить в гармонии с собой.

– Анечка, чай давно стынет, а ты куда-то пропала, – в комнату, постучав, заходит Полина Сергеевна. Я поспешно сажусь, вытираю ладонями мокрое лицо и улыбаюсь пожилой женщине. От карих глаз не ускользают мои зареванные глаза, красный нос.

– Рассказывай, – повелительно говорит Полина Сергеевна, берет стул и садится напротив меня. – Только правду.

Я смотрю на эту женщину, кручу в руках мобильный телефон. Она с первого дня ко мне доброжелательно относится, всегда выражает недовольство, когда я приношу продукты.

Вчерашний мой ужин оценила по достоинству, правда, потом пыталась вернуть мне деньги за продукты. Я отказалась. Не знаю, ел ли Никита, его вечером дома не было, он ушел почти сразу после нашей стычки.

– Папу забрали в больницу.

– Ничего страшного. Из больницы не всегда выносят ногами вперед, – на ее попытку пошутить, губы сами дергаются в слабой улыбке.