Изумрудный рассвет

Давняя мечта человечества об основании запасного плацдарма в другой звёздной системе была как никогда близка к осуществлению. Но условия на планете не предполагали прямое переселение, слишком враждебная среда встретила бы там земные организмы. Почти двойная сила тяжести, повышенный радиационный фон, высокая температура, примеси ядовитых газов в атмосфере…

Да и отправка человека на космическом корабле при текущем развитии техники была невозможна. Даже если забыть про длительность полёта, невозможно представить себе то количество сопутствующего оборудования (начиная с систем жизнеобеспечения), что пришлось бы тащить колонистам сквозь космическую бездну.

Однако, выход нашёлся. На самом деле, к подобному давно готовились, поэтому организация межзвёздной экспедиции не заняла слишком много времени. Через несколько лет к Тау Кита стартовал первый корабль. Экипажа, как такового, в нём не было. Он не нёс анабиозных капсул с погружёнными в сон колонистами, не имел оранжерей и ёмкостей с гидропоникой.

И даже любые органические вещества присутствовали только там, где необходимо.

Полёт занял долгих девяносто лет. Погасив скорость, межзвёздный буксир прошил плоскость эклиптики в районе одной из планет-гигантов. Отстрелив полезную нагрузку, он отключил системы охлаждения и превратился в облачко металлического пара.

Через полтора месяца на орбитах четвёртой планеты появились антенные поля и разнообразные полезные спутники. Спускаемый модуль уже стоял на поверхности, а вокруг него сновали автоматы-многоножки.

Эти автоматы начали расчищать место под первый лагерь, заодно обеспечивая органикой биореактор и инкубаторы, откуда с периодичностью десять человек в пять дней стали выходить клоны. В процессе создания эти клоны загружались сознаниями добровольцев, прошедших подготовку ещё на Земле. Тело каждого колониста было практически неотличимо от его земного прототипа, но в то же время полностью приспособлено к условиям жизни на поверхности планеты.

Минуло три десятка лет…

Рассвет над океаном

Голубой спрут-левиафан, сонно пошевеливая щупальцами медленно поднимался из тёмных глубин океана.

 Граница сред, сплошь покрытая переливающимися зеленоватыми «сполохами» колыхалась над ним текучей амальгамой. Чёрная вода мерцала оттенками нефрита. Начинался новый день.

Ритмичная вибрация, спозаранку разбудившая монстра, становилась отчётливей. Он знал этот звук; гул моторов оповещал о приближении пищи. И отнюдь не опостылевшей рыбы.