Формула счастья и везения

Сворачивая холщовую тряпицу, обнаружила зацепившиеся за грубую ткань бусы, выточенные из трёх пород дерева. Бусинки почти чёрного, светло-коричневого и белого цветов источали приятный нежный аромат. Глядя на единственный подарок шера-оборотня, Флора вновь почувствовала ярость. Сжав деревянные бусы, размахнулась, чтобы бросить в реку, но в последнее мгновение передумала: слишком приятный запах, слишком тёплые на ощупь: «Ладно, оставлю как напоминание, что нельзя дарить сердце кому попало», – завернув бусы в тряпицу, спрятала в потайной кармашек рюкзака.

Поёжилась. Холодно. Здесь времена года напоминали климат средней полосы России. Дни ещё довольно тёплые, но вот холодные ночи не давали забыть, что она человек, а не лесной житель. Согреться не удалось даже у костра.

В сухой пещерке, вымытой в высоком береговом склоне, легла на белую гальку, завернулась в шкуру и положила голову на свернувшегося клубком Умку. Несмотря на усталость, не спала, но не из-за камешков, что больно впивались в спину.

Верила ли она в любовь? Конечно, да. Был пример взаимоотношений родителей. Флора оптимистка и не сомневалась, что обязательно найдёт свою половинку.

С горькой улыбкой девушка припомнила первую встречу с Хитаром. Не так уж много времени прошло с тех пор, как она – московская студентка – бегала на работу в зоопарк, а сейчас в пещерке коротает ночь с маленьким рейтаром. Всё зыбко и нереально! А мысли, как белки, крутят колесо воспоминаний о вероломном шере-оборотне.

Как же ей нравилось смотреть в выразительные глаза Хитара, слышать его хрипловатый голос, хранить в памяти случайные соприкосновения их рук! Пребывая в сладостных мечтах, наслаждаясь его голосом, она не расслышала притворства, глядя в глаза, не разглядела предательства. Увы, когда любишь, не вникаешь, что говорят, а лишь с восторгом и упоением слушаешь, с обожанием смотришь.

Флоре казалось странным, что он, будучи таким внимательным, почему-то не замечает её чувства к нему.

Если бы не Хитар, она воспользовалась предложением Апоне – Хранительницы Рек и Озёр – и вернулась к родителям. Лишь теперь с болью в сердце осознала: Хитар не стоил этой жертвы. Она должна освободиться от горьких мыслей об утраченной любви, от воспоминаний о нём.

Обиды нет. Никаких чувств. Есть боль.