Стрелкотня

 – Так, все целы? Глеб? Андрей?

Отвечают вразнобой. Глеб и Андрей трут уши и говорят громче обычного, остальные, наоборот, невольно понижают голос и бросают взгляды на дверь.

Нет, за ней всё тихо.

Пока что.

– Отлично. – Кир тоже начинает говорить тише и спокойнее.

От звуков его голоса Ната чуть-чуть расслабляется. Кир не паникует, и ей нечего.

Всё обошлось. Все живы, целы, здоровы.

Хотя только что были… на волосок от смерти.

«Хочу курить».

Это первая чёткая мысль с того момента, как началась вся кутерьма вокруг двери.

Ната лезет в карман, но сигареты почему-то выскальзывают из пальцев, и она чуть не роняет одну, когда наконец-то вытаскивает.

Нет, это не в сигаретах дело, это пальцы дрожат такой крупной дрожью, что даже видно.

Зубы тоже отбивают «клац-клац-клац» о пластик, пока Ната торопливо делает затяжку. Вспыхивает алая лампочка «уголька» на конце сигареты.

Горло пощипывает и холодит – мята.

Но дрожь так и не уходит, и пар от следующей затяжки попадает не в то горло.

…Чья-то рука осторожно похлопывает по спине.

– Эй, ты как?

Кир!

Вообще-то он никогда не выделял Нату среди своих подопечных. Пока она просто возила Дашку – отделывался дежурно-вежливым кивком, а потом хоть и перешёл на «ты» и дружелюбные улыбки, но не делал каких-то скидок на то, что она девчонка или новенькая. Гонял наравне со всеми – чем иногда изрядно бесил.

Почти как Дашка.

Но потом Ната как-то привыкла и втянулась. Тренировка за тренировкой, чёткие команды, ровный голос, в котором редко когда проскакивало настоящее раздражение, и ни тени сомнения, что Кир требует от неё чего-то невозможного.

И со временем вот это вот отсутствие «особого отношения» начало Нате… нравится?

Он не видел в ней старшую сестру Дашки, не требовал, чтобы она на мелкую «как-то повлияла». Он не видел в ней девчонку, которая автоматом «недочеловек, что с неё взять», как это было на физкультуре.

Ната не задумывалась об этом. Просто начала радоваться тренировкам и удачным выстрелам, смешным подкатам Андрея и ехидным Кировым замечаниям, специфическим шуткам, рождающимся спонтанно и вряд ли понятным кому-то за пределами тира… всему тому, что сплелось в насмешливо-родном слове «Стрелкотня».

А ещё – почему-то – моментам, когда Кир подходил и в который раз поправлял Натину стойку.