Лабиринтофобия

Мои пальцы, казалось, раскрошат фарфор – так крепко я вцепился в край чашки, чтобы не выпасть из неё. Продолжая немилосердно подбрасывать меня на своих ухабах, эскалатор закрутился в спираль, в центре которой зияла зловещая дыра. Вода за это время утекла, поэтому я смог выскочить из чашки. Эскалатор образовал гигантскую ступенчатую воронку, и я попытался выбраться из неё, но не тут-то было! Как назло вода вернулась вновь и захлестнула меня бешеным потоком. Я упал и из последних сил вцепился в ступеньки, но и они подло сгладились, оставив меня скользить по гладкому металлическому полотну.

Ощущения были не из приятных. Похоже, будто меня смывали в гигантский унитаз. Видимо, Лабиринт обо мне невысокого мнения. Интересно, когда это я дал ему повод меня невзлюбить?

Со страшным ревом поток снёс меня вниз и протащил сквозь зияющее в эскалаторе отверстие. Я боялся, что захлебнусь, но внизу вода странным образом рассеялась, разделившись на круглые, относительно медленно падающие капли, размером от бисеринки до футбольного мяча.

И без того странные пейзажи, мимо которых я падал вместе с этим разнокалиберным дождём, тысячекратно преломлялись в каплях, сбивая с толку мой измученный разум. Но всё же я боролся: посылал тонкие ниточки своей воли в разные стороны, с помощью воображения стараясь сделать их материальными, зацепиться хоть за что-нибудь и остановить падение. Куда там – что-то разрывало их совершенно без усилий, лишь с лёгкой досадой, как уборщица, смахивающая веником паутину.

Паутина. Вот подходящее сравнение для путаницы улочек, поджидающей меня внизу. Сверху совокупность улиц казалась огромной губчатой поверхностью, но когда я подлетел поближе, то с ужасом осознал, что каждая трещинка – переулок, а отверстие – вход в туннель. Это было самое лабиринтообразное место, какое я только видел в жизни, поэтому мой ужас от его вида затмил даже страх предстоящего падения. К счастью, падения и не было: я мягко приземлился на пыльную почву данного уровня Лабиринта.

Разнокалиберные капли также шлепались рядом со мной, но не растекались, а оставались водными шариками. Пыль облепляла их низ и образовывала подобие крошечных ножек. Первые из упавших капель стали потихоньку подползать ко мне.

– Эй, не приближайтесь! – сла?бо крикнул я. – Пошли вон!

Но в моём голосе было больше от усталой, испуганной просьбы, чем от грозного приказа. Капли, наверное, почуяли мой страх. Они приближались, сужая круг, сливаясь друг с другом.