Восход видит

– Что не страшно?! – я не понял её, потому что страшно в этой истории было абсолютно всё.

– Не страшно, что он свёл их с ума. Не страшно, что распылил. Это могут и люди, если постараются. Знаешь, что действительно страшно?..

Я взглянул на приятельницу с беспокойством: с такой интонацией обычно разговаривают мои пациенты. Наоми тяжело дышала, на глазах теряя самообладание:

– …Потом он собрал их вновь. Воссоздал до последнего атома. Не только руки, ноги, кишки – Восход восстановил мозги космонавтов до последней нейронной связи, так что не потерялось ни одной черты характера, ни одного воспоминания.

Он вернул их души, чёрт подери, из небытия, понимаешь, Райто?! – Наоми почти кричала, возмущённо и испуганно, как будто это я был виновен в тех событиях. На фоне кофейной кожи лица белки выпученных глаз выделялись особенно ярко. Но, думаю, я сам выглядел не намного лучше, оглушённый смыслом её слов.

– Поэтому вы считаете его разумным?

– Не только. Весь Айсберг трудится над тем, чтобы вывести для Восхода хоть какую-то закономерность: периодичность свечения, чередование форм – что угодно, лишь бы последовательное.

Но он нарушает собственные правила снова и снова, постоянно удивляя нас все эти тридцать лет. Будто насмехается.

– Но ведь правила придумываете вы. Нельзя исключить вероятность, что вы просто ошибаетесь.

– Не-ет, ты не понимаешь: ни одно физическое тело не может быть настолько хаотичным. Восход хаотичен нарочно.

Это было сказано с такой железобетонной убеждённостью, что я даже не попытался спорить.

Тем более, мои мысли уже были заняты другим.

– Выходит, космонавты всё же вернулись домой… Что они рассказали?

– Многое. Они охотно пересказывали свой опыт, только никто ничего толком не понял. Насчёт некоторых аспектов их тщательно допросили…

Почему-то мне очень не понравилось, каким образом Наоми произнесла эти слова.

– Но подробные отчёты об этом уже более засекречены. Расспросишь подробнее у психологов нижних уровней, когда тебя повысят.

Если честно, всё, чем мы занимаемся здесь, наверху, это просто наблюдения и описания, плюс сотрудничество с внешним миром. Настоящая наука, которой предстоит спасти человечество, создаётся в глубине. Там ты сможешь даже лично поговорить с участниками экспедиции, если, конечно, заслужишь доверие доктора Шпилляйтера.

– Было бы здо… погоди, что?! – я аж подпрыгнул на удобном крутящемся стуле архива.