Тайны двора государева

Стоишь ли ты такой невесты? Сначала надо еще выпить. За твою женитьбу!

Никита явно был заинтересован словами приятеля. Задумчиво сказал:

– Признаюсь, меня свахи уже обхаживают. Обещают добрую девицу просватать, по моим достоинствам. Только теперь я им доверять боюсь.

Иван закивал:

– Обманут тебя свахи, забота у них такая! Ладно уж, знай: есть девица, что у нее женихов сто, а достанешься ей один ты!

Никита вплотную на лавке приблизился:

– Да кто ж такая?

– Боярина Хвостова дочь Василиса.

– Это что на Покровке?

– Точно!

Никита подозрительно прищурился:

– Откуда ты зреть мог эту Василису? Девки всегда на своей половине сидят, гостям не показываются.

Иван рассудительно произнес:

– Прикинь умом: по дружеству своему часто у Хвостова в хоромах бываю, вот и ненароком раз-другой с ней столкнулся. – Обнял приятеля за плечи: – Человек ты, Никита, самый счастливый. Другой такой красоты во всей Московии, поверь, не сыскать.

В голосе сокольничего звучала искренность и тоска.

Ох, крепко присушила она, эта чаровница, сердце Ивана.

Глаза Никиты блеснули, он уже верил каждому слову, но на всякий раз спросил:

– Точно ли – красавица?

Сокольничий деловито заметил:

– Ты у старика Хвостова в чести, я его попрошу, он вызовет Василису в гостиную, а ты в окно зреть будешь.

Никита хмыкнул:

– Это как Гришаня Копорский?

– Я скажу Хвостову, чтоб он Василису со всех сторон повертел: и глаза, и нос, и уши – все на месте. – И широко, во весь белозубый рот, улыбнулся: – А лядвеи, перси и все тайное после венца узришь – с интересом сугубым!

– А когда к Василисе под оконце пойдем? – Никита с нетерпением постучал ладонью по столу.

– Распалился, стремянный? Коли тебе приспичило, быстро устрою. От тебя прямиком к Дмитрию Хвостову на Покровку стопы направлю.

Никита поднял чарку:

– Дела для нашего ради выпьем! Спаси, Господи, и помоги!

Приятели дружно опрокинули в глотки вино.

Уплетая за обе щеки студень, Никита вдруг с тревогой сказал:

– Коли и впрямь невеста моя столь хороша собой, как бы Иоанн Васильевич… того… к себе в женский терем ее не потребовал!

– А ты, жених простоватый, дело все соверши втай, когда государь отъедет, скажем, в Александровку.

А зимовать ее в дальнюю вотчину отправь. Коли слух дойдет о свадьбе, так и скажешь государю: «По хозяйственным заботам наладил супругу туда-то, да и младенца в утробе уже носит!» А там дело забудется.

– И то! – удовлетворенно кивнул Никита.