Страсти роковые, или Новые приключения графа Соколова

Он хохотнул:

– Хо, граф, тебе тоже приспичило? Заходи, лишним не будешь…

– Где Зинаида?

– А где ей быть? В спаленке, тебя, друга сердечного, дожидается. Баба не лужа, всем хватит напиться.

Соколов вошел в спальню. Зинаида, слыхавшая разговор мужчин, лежала ничком раздетой поверх шелкового одеяла. Увидав красавца графа, перевернулась на спину, завела руки вверх и сладко потянулась. Промурлыкала:

– Где ж ты ходишь, мой граф желанный? Я тебя совсем заждалась, Аполлоша…

Соколов сказал:

– Мадам, срочно одевайтесь.

– И не подумаю! – Она перекатилась на живот.

Соколов вплотную подошел к прелестнице, больно хлопнул ладонью по розовой ягодице, заорал:

– Одевайся! Толпа штурмует ворота. Жаждут тебя, как германскую шпионку, порвать – в клочки!

Зинаида резво вскочила, стала метаться по спальне:

– Где панталоны? Где мой лиф? Ах, тут, под кроватью! Граф, не бросайте меня, умоляю. Мы вместе уедем, правда?

Григорий отправился к буфету, отыскал бутылку моэта. Отбил сургуч, с шумом вылетела пробка.

Старец пил шампанское прямо из горлышка, и капельки струились по его нерасчесанной, с легкой серебристой сединой бороде.

Зинаида с непостижимой скоростью успела не только одеться, но и накрасить глаза и губы и теперь вопросительно смотрела на Соколова.

Тот подозвал полицейского, приказал:

– Отправьте Зинаиду Дитрих в военную тюрьму! Ей там самое лучшее место.

Зинаида крикнула:

– Обманщик! Вам, граф, еще придется отвечать! Самоуправство!

На Зинаиду даже не стали надевать наручники.

На глазах обомлевшей толпы ее вывели за ворота и посадили в пролетку.

Распутин вышел во двор, подмигнул арестантке:

– Не грусти, Зинуля, еще свидимся!

Коляска покатила в Лефортово. Задержанную сопровождал лишь ражий полицейский.

Распутин недовольным тоном пробурчал:

– Граф, почто самоуправничаешь? Ее муж заждался, сколько ден не видал…

– Вот я и отправляю Зинаиду в тюрьму, чтобы муж не убил ее от ревности! Может и тебя прихлопнуть, коварного соблазнителя.

Распутин был погружен в глубокую печаль.

Сыщик вернулся к колодцу.

Глава VII

Мертвая красавица

Ледяная купель

Тем временем полицейские начали обсуждать, каким образом изымать из колодца мертвое тело.

Околоточный надзиратель, крепкий в плечах сорокалетний мужчина, снял форменную шапку из черной мерлушки, низко склонился в колодец, задумчиво загудел:

– Убийство, поди? Может, взять пожарный багор, подцепить за одежду и выволочить?..