Реверсия

Он с удовольствием покидает Мерзликину с ее загадочной психологией и нагловатым парнем. Лес темный в их отношениях, или перед ним разыграли фрагмент продуманного спектакля. В пылу возникшего раздражения Степан Михайлович не замечает у подъезда фигуры Людмилы, провожающей его насмешливым взглядом. Она не пытается повторять неудачный опыт Степана Михайловича, но терпеливо обзванивает соседние квартиры. Отовсюду получает похвальные отзывы относительно единственной в подъезде коммунальной квартиры. Веселятся каждый день, но драк нет.

Хорошо веселятся.

V

Между плотными шторами пробиваются первые лучики рассвета, воздух наполняется звуками всеобщего пробуждения. Наступает время, когда добропорядочные горожане совершают утренние пробежки, принимают освежающий душ, настраиваются на трудовой день. Существуют понятные, заложенные природой, биоритмы, но после неумеренного поглощения водки, кофе и сигарет Мерзликина вовсе не засыпала. В ее расстроенном сознании происходит невообразимая мешанина из фрагментов примечательных событий, происшедших в разное время, но обязательно с участием Кота.

Каким-то образом он оказывает влияние на ее психику, его появление или исчезновение определяет настроение окружающих людей, распространяется на волков (в ее размышлениях сожитель выпал из цивилизованного общества). И сейчас она не слышит его присутствия, но чувствует: Кот пришел, находится рядом.

– Как он надоел! – бормочет Волк, томясь у нее под боком. – Не знаю, чего ожидать.

У-у, прибью интеллигента!

Выходит, все в квартире посходили с ума, головы заняты исключительно малопонятным соседом. Даже Волк опасается его скрытности, ждет словесной поддержки. Но что сказать… Вот и вчера ночью услышала шорох у дверей, вышла в коридор, и что-то мягкое свалилось ей на шею. Она дико закричала, бросилась назад. Утром обнаружила на полу мокрую тряпку. И все равно сопутствуют кошачьи ассоциации.

Ей невдомек, что Павел Семенович надрезал бельевую веревку. Так, проходил мимо, посмотрел мутным взглядом на тряпичный балаган и сходил за бритвой.

Когда услышал истошный вопль, удовлетворенно хмыкнул, натянул сползающее одеяло.

– Он тебе не мешает, – наконец произносит Мерзликина.

– Еще как мешает, и я поговорю с ним по-мужски, – раздумчиво бурчит Волк.

– Хм, поговори, – участливо поддерживает она.

В последнее время ее угнетает присутствие рядом живого бревна, даже его сексуальные потуги не вызывают ответных чувств.