Осьмушка

* * *

Хотя идти разведывать до матушки Дрызги решено завтра по самому раннему утречку, костлявые решают по такому случаю как следует намыться – будто не запылятся и не употеют потом как черти за полдня-то пути! Тянуть опять брезенты и греть воду для своей персоны Пенелопе лень. Она уже сыскала себе отдельное местечко, где возле берегового изгиба довольно густо поднимаются разные хвощи и невзрачная лопушня, вроде непомерно разросшегося подорожника – орки называют её чистухой. Да и острых камешков на дне тут поменьше, а песку побольше, что тоже приятно.

Отсюда слыхать, как костлявые там плещутся, покрикивают, ржут гиенами – впрочем, ведут себя гораздо сдержаннее, чем на прежнем озере, да и в воду нырять далеко не лезут, чтобы не беспокоить сирен. Прежде чем раздеться и пойти мыться, Пенни всматривается – не мелькнёт ли где-нибудь сиренья дозорная, не прищемит ли нутро ощущением близкого и чужого присутствия? Нет, сегодня поблизости никто из их племени не болтается, и то хорошо.

Ту хрупкую маленькую сирену, которая чуть мозги ей не расплющила своим визгом, Пенни больше ни разу не видела: меняться добычей всякий раз являются другие, сильные, скуластые, и явно пошире в плечах… Хорошо, хоть постоянно не пасут, можно наконец и сполоснуться со спокойной душой.

А постыдить себя же за мимолётное сожаление можно когда-нибудь потом.

Приятно заходить в воду без спешки, поглядывать на зыбкое отражение, совсем не такое беспощадное, как бывало в зеркале.

Прежде Пенни вообще должна была за многое стыдиться. За лень, когда уроки никак не лезут в башку. За плохой почерк. За глупые ошибки. За то, что вечно ходит растрёпой – ну не ложатся жёсткие кудри аккуратненько, хоть что ты с ними делай. За несуразно оттопыренные уши. За то, что рано вытянулась в рост длиннее большинства сверстниц. За прыщи. За «нездоровый цвет лица». За всё нелепое тело, костистое и некрасивое. За злость. За драки.

За громкий смех. За то, что лыбишься. За то, что ходишь букой с мрачным таблом. За то, что рядом крутишься и вправду хочешь помочь – подлизываешься, значит, подхалимка.

За то, что увиливаешь и на глаза не показываешься, сколько возможно – дрянь неблагодарная, нет чтобы помочь. За разные вещи, о которых не то что спрашивать – думать и то нельзя, «у нормальных девочек так не бывает». Первую семью она и не помнит. Вторую – неохота и вспоминать.