Всему свое время

– Я не вижу причин, чтобы продолжать жить. Дальше будет только хуже. Зачем тяготить всех нас: тебя, дочерей и меня?

– Но ты нас не тяготишь! – пыталась убедить его Кэтрин.

– Не лги мне, пожалуйста. Это единственное, чего ты не умеешь делать.

– Поставь себя на моё место… ведь это могло случиться со мной? – комок подкатил к её горлу.

– Я думал об этом. Но воображение и действительность имеют мало общего…

– Но ведь есть надежда, хотя бы мизерная… Всегда должен быть какой-нибудь шанс…

– Что за чушь! Ложь во спасение! Пойми, я больше не хочу жить! Да, если тебе угодно, ради СЕБЯ в первую очередь.

Даже не ради тебя, не ради дочерей. Очень трогательно, что ты всеми силами хочешь облегчить моё жалкое существование…

Она спрятала свои глаза. Уткнула их в самую дальнюю точку палаты. Он кликнул ее по имени, в голосе его был клич, призывающий её понять и простить.

– Ты добрый человек, а это не пустяк! – произнесла Кэтрин после паузы. –В тебе столько душевного тепла! И ты умеешь любить всем сердцем! Я всегда восхищалась тобой! Твоим трудолюбием, тем, как ты работал над своим успехом.

– Он имел длинный и извилистый путь, Кэтрин. Ты знаешь…

– Если бы не твои упорство и терпение, не твои честолюбивые мечты…

– Они необходимы для того, чтобы не только твердо стоять на земле, но и дотянуться до звёзд…

– Ну, дорогой, этого тебе не дано было… Зато ты получил луну… И никогда не обещал большего, того, чего был не в состоянии дать семье.

– Тебе известно, дорогая, кто нам помешал…

– Помешал дотянуться до звёзд? Да… Маргарет Тэтчер…

– Она самая.

Эта «железная леди». С её антигуманной политикой в отношении народа. Помнишь, она запустила свои экономические проекты с целью покончить с невероятно высокой безработицей? Душила профсоюзы собственными руками, прекратила субсидировать убыточные предприятия. Повысила налоги и снизила расходы на социальную сферу. Сколько людей тогда остались на улице, без гроша в кармане. А всё потому, что она считала инфляцию большей опасностью, чем безработица в три с половиной миллиона человек.

– Да, трудные были времена… Народ обнищал… – тоскливо отметила Кэтрин.

– А потом, в 1981 году, в Ирландии, на нашей Родине, прошла череда грандиозных голодовок и мятежей, а реакция баронессы на них была сверхжёсткой. Недаром тогда и было устроено на нее покушение. Ты ведь помнишь, когда в отеле в Брайтоне, где проходила конференция консерваторов, взорвали бомбу.