Мой бесстрашный герцог

Мне всего лишь показалось, что ждать от тебя этого не стоит.

Марк нахмурился. Проклятье! Каким же монстром она его считает! Он обошел жену, чтобы видеть ее лицо.

– И ты всерьез считаешь, что я оставлю своего сына во Франции?

Николь посмотрела ему в глаза и покраснела.

– Я могу оставаться в Англии, пока ему не исполнится… скажем, десять лет.

– А потом?

Она пожала плечами.

– Обратно во Францию. В Африку. Куда угодно.

– Что, если родится ребенок женского пола?

– Значит, так тому и быть.

 – Николь вздохнула. – Просто хочу ребенка.

– А если я хочу именно наследника? – Марк прищурился.

Николь пожала плечами.

– Я считала, что тебе наплевать, иначе ты бы появился раньше.

Это было настолько близко к правде, что Марк стиснул зубы. Некоторое время оба молчали. Напряженную тишину нарушало только тиканье часов.

Наконец Марк собрался с силами и снова всматривался в лицо жены, пытаясь разглядеть… что именно? Он и сам толком не знал.

– Значит, речь идет об одном ребенке, мужского или женского пола – все равно.

И мы с тобой… мы будем заниматься любовью, пока ты не убедишься, что беременна, а потом прекратим. Я правильно все понял?

– Да, совершенно верно, но… – Она прикусила губу и стала рассматривать свои туфельки. Ее щеки, до этого розовые, стали пурпурными.

«О господи! Это добром не кончится!» – мысленно воскликнул Марк.

– Что еще? – пробурчал он.

Николь снова подняла голову. Щеки ее пылали огнем.

– Только мы не будем заниматься любовью.

Это будет просто постель… ради воспроизводства вида.

Марку стало трудно дышать. О чем говорит эта женщина? Он в полном недоумении развел руками.

– Я не вполне понимаю, о чем ты…

Она откашлялась и пробормотала:

– Ну, мы же не будем… получать удовольствие. Я только это имела в виду.

Голова Марка дернулась – словно он получил сильнейший удар в челюсть.

– Милая, я так или иначе все равно получу удовольствие.

Николь непроизвольно разинула рот, но тут же закрыла.

– Да-да, конечно. Я всего лишь хотела сказать, что это будет всего лишь… соитием.

– Соитием?.. – Марк поморщился; он был искренне раздосадован. – Если помнишь, время, проведенное в постели, не было нам в тягость. – Он понизил голос. – Мы всегда наслаждались близостью, Николь, и я, и ты. И никогда речь не шла… о соитиях.

Она взглянула мужу в глаза и сразу отвела взгляд.

– Марк, тебе обязательно надо усложнять и без того нелегкое положение?

– Да.