Чарованная щепка

Зараженная слепотой эконома, Виола изо всех сил не заметила фокус – хотя это был первый случай ее встречи с выплеском живой и зримой магии. Брат не показывал ничего подобного, возясь по большей части, со своими деревяшками.

Эконом, впрочем, ответа и не ждал, продолжив:

– Заклинание «незримых пут», основа боевой магии, ему подвластно?

Алессан стряхнул огонь и снова поднял было руку, но, на диво, от демонстрации «незримых пут» ему хватило такта отказаться в последний момент.

– Чарование зелий? Купол беззвучия?

– Полагаю, он мастер «купола беззвучия», – упавшим уже голосом квалифицировала гостья.

Купол беззвучия, одно их немногих «живых» заклинаний, Себастьян отточил в тот сложный для всей семьи период, когда образование Виолы добралось до уроков пения. Хотя скудные книги про купол молчали, молва не напрасно твердит о чудесном воздействии мотивации.

Впрочем, никакая мотивация Виолы сегодня не пробивала купол, которым Гильдия магов отгородилась от приезжих артефакторов.

– Сожалею, Виола Базилевна, – подытожил эконом веско.

 – Пока я не вижу предпосылок для принятия вашего брата в Гильдию. После некоторых тренировок попробуйте подать заявку повторно. Всего хорошего.

Фактически, ей указали на дверь. Оставаться долее – значит опуститься с переговоров до мольбы.

– Благодарю вас, – неискренне сказала барышня и развернулась. Весь путь к выходу из кабинета был устлан осколками ее самолюбия, которые так и хрустели с каждым шагом.

Подумать только! Она беспокоилась, что взносы алчных гильдийцев могут подкосить их мастерскую, но все-таки решилась играть в открытую ради герба и доверия заказчиков.

Рискуя прибылью, леди Карнелис привела свое дорогое детище и родного брата пред очи закона – и закон их презрел, уподобив прилипчивой пыли.

Бдительный придверник наблюдал, как она покинула кабинет и принялась медлительно спускаться. Намерения проскользнуть куда-то без позволения добропорядочная гостья не проявила.

Росшей в тепличной заботе барышне все чудилось, что едкие слова еще несутся в спину, а почву из-под ног выбивают презрительные взгляды – к примеру, один такой с грохотом пересчитал ступени и едва не снес ее ударом под колени у подножия парадной лестницы.

Виола вздрогнула, покидая бездну, где пестовались обиды и бессильные самобичевания. Конечно, могло сказаться богатство воображения, но обычно насмешки все-таки синяков не оставляли. Она обернулась и обнаружила у складок юбки изрядных размеров деревянную скалку.