Чарованная щепка

Если для Виолы преуспевание мастерской было сверкающей целью, то для юного мага оно мнилось скорее шансом изыскать средства и связи для настоящего обучения. Пока с предварительной платы аптекаря ему удалось приобрести лишь одну подержанную книгу, которую он выбирал так тщательно, будто собирался на ней жениться.

– В некоторых случаях маги допускают коллег из других гильдий в свои сокровищницы, – поделился Дарий, отмечая, что в лабиринте с драконом он если не дошел до царевны, то, по крайней мере, притаился в безопасном тупике.

– Принадлежность к другой гильдии обязательна? – с досадой спросил Себастьян.

– Боюсь, что это так, – огорчил гость, разводя руками, – нужно быть мастером или сотрудником предприятия, уже состоящего в братстве.

Виолу, впрочем, это смутило гораздо меньше. Тайна бодрости ее духа раскрылась тотчас же:

– Дарий Дариевич, как можно попасть в Гильдию оружейников? – невинно спросила распорядительница артефактной мастерской.

– Оружейников? – спросили Дарий и Себастьян стройным дуэтом.

Виола продолжила улыбаться, кожей ощущая, как брат пытается диагностировать ей помешательство. С оружейниками ее сближало только то, что она два раза брала в руки тяжелую и давно устаревшую шпагу Себастьяна.

– Оружейников, – подтвердила она, чуть склоняя голову на бок.

Дарий поморгал, задумчиво оправив расстегнутый тулуп. Верхнюю одежду он не снял, в самом деле торопясь, так что в теплой зале ему становилось жарко.

– Наше сообщество довольно открытое.

– Восхитительно, – сказала Виола.

– Но они могут проверить, что оно изготовлено вами, – добавил Дарий.

– Великолепно, – согласилась Виола.

– Например, заявятся к вам в поисках кузницы или иных приспособлений, так что купить чужое и выдать за свое не получится, – все еще втолковывал гость.

– Обижаете, Дарий Дариевич, – подняла брови девушка.

Оружейник пробормотал слова извинения, все еще не улавливая задумки. Похоже было, что пояснять ему ничего не планировали, а любопытство уже разбередили.

– Есть какие-то особые условия шедевра, кроме очевидных? – только и уточнила распорядительница.

– Пожалуй, формальных ограничений нет, остается только здравый смысл.

На этих словах Себастьян покашлял со значением, но Виола осталась верна своей невозмутимости.