Над питерскими улочками

Знай

и французский

и английский бокс,

но не для того,

чтоб скулу

сворачивать вбок,

а для того,

чтоб, не боясь

ни штыков, ни пуль,

одному

обезоружить

целый патруль.

Владимир Маяковский

I

На Невском обосновалась одна маленькая парикмахерская. Зелёная такая. И вывеска у неё горела ярким зелёным неоном, слабо освещая ночной Петербург. Все вывески были выдержаны в каком-то едином стиле, а эта вот была особенной. В зелёном кругу красовался иероглиф, который можно прочитать, как «мидори», и означает он, собственно зелёный цвет.

Да, неоригинально, но хотя бы интересно и более чем интригующе. Никогда подростки, а тем более подростки с окрашенными волосами не проходили мимо этой странненькой парикмахерской. Обычно после стрижки они отправлялись в кафе «Dead Poets», где запивали свою «горечь обид». Ох уж эта молодёжь! Высокомерна до беспамятства! А девушки, выходящие из этой парикмахерской, чаще всего с зелёными волосами, за их счёт становились красивее раз в сто, ибо почему-то Мидори могла находить тот самый оттенок зелёного, подходящий определённому человеку. Стоп! А кто такая Мидори? Это – хозяйка этого заведения, которая подрабатывает иногда здесь обычной парикмахершей. Несмотря на своё имя, из зелёного у неё были лишь глаза. Чёрные, словно угольный кокс, волосы всегда собирались в высокий хвост и опускались до половины худенькой спины. А эта спина! Великая вещь! Чтоб казаться больше, она надёргивала на себя всё больше и больше вещей, затмевая себя. Вспомню лишь чёрную футболку с какой-то заезженной фразой про отношения, да чёрно-белую рубашку в клетку. Остальные вещи не столь важны, отчего зацикливаться на них не желаю. Перстней она не носила, как, собственно, и цепей, разве что крестик православный можно было изредка видеть на её ключицах, когда та решала пробежаться по Невскому вдоль и поперёк. Ой, сколько взглядов на неё тогда падало! Хотя и груди-то её и не было видно, видимо, люди с Невского сразу смотрели в душу, а там-то – рог изобилия! Как понятно из имени, она была японкой. Но как же японка оказалась на Невском? Родители её, зажиточные богачи, не хотели тратить состояние на ребёнка, который плохо учился в школе, а потом ещё и хвастался этим перед сверстниками. Отец думал отправить Мидори в Северную Корею, но не захотел, чтоб девочка видела себе подобных, поэтому было решено депортировать её в Россию вместе с её парнем Гурином.