Франкфурт 939

Этот Пипин тоже встречался с Генрихом.

– Он не из Культа. Откуда простому святоше знать, кто предоставляет нам убийц и как с ним связаться?

– Священники бывают в трущобах, у них там церковь. А о Вигерике разве что глухой не слышал. Он и рассказал про Юсуфа. Да и Руперт мог сболтнуть лишнего.

– Разумное предположение, если не знать, что Юсуф мёртв, викарий нервничает, а Пипин пропал и теперь его по всему городу ищет храмовник.

– Постой-ка, храмовник Рене?

– Да.

– Бернард и Адалар в донесениях о нём сообщают.

Он просил не выпускать из города никого из священников и любого с крупной суммой на руках.

– Про деньги я не знал, – задумался Гунтрам. – Ну да, с убийцами ведь благословеньем не расплатишься. Как заставить молчать человека, которому известна твоя тайна?

Эбергард провёл пальцем по горлу.

– А если этот человек не дурак и понял, что его ждёт? У него куча денег и вся жизнь впереди. Я бы на его месте слинял. Однако ночью город заперт, а утром стража у ворот и в порту наготове. Вот почему викарий бледный, а по городу шарит храмовник.

Нужно его разыскать и тогда гадать не придётся.

Стук, двери распахнулись, в кабинет ворвался Бернард.

Как много складок на тунике. Почему он носит этот нелепый доспех с открытой грудью? От чего он защищает, от безвкусия? Носил бы тогда уж церемониальную кольчугу. Её разглаживать не нужно. А, нет, он бы тогда надел поверх сюрко, а с ним всё те же хлопоты.

– Ваша Светлость.

– Где тебя черти носят? Рассказывай. Как отреагировал Культ?

Бернард заметно сбавил шаг.

К столу уже подкрадывался, а не летел. Растерянное выражение лица, будто застали за постыдным делом. В глазах испуг. Герцог Эбергард – обладатель самого мощного взгляда в королевстве, суров и холоден, как бронзовая статуя – своим призрением даже быка остановит.

Гунтрам молчит. Знает, когда заткнуться и не встревать. Бернард, конечно,.. м-м-м… друг? – но своя шкура дороже. Нет, друг – это сильно сказано. Гунтрам живёт в мире интриг, коварства и вероломства. Здесь никому нельзя доверять, в любом благом поступке искать тайный умысел, а действия продумывать на пять шагов вперёд.

Дружба – непозволительная роскошь. Возможно, завтра друга придётся убить.

– Странно отреагировали, – осторожно проговорил Бернард. – Ничего не рассказали, но засуетились, меня прогнали.

– То есть ничего полезного ты не узнал?

– От Культа нет, но Адалар кое-что прояснил.

– Ты и ему растрепал?

– Он давний адепт Культа, многое знает. Он помог.