Корона Эридана

Рать Новгорода не уступала полоцкой по размерам, новгородцами руководил князь Мстислав Изяславович, сын Великого князя Киевского. Именно князь Мстислав грабил полоцких купцов в последние месяцы, и все полочане его ненавидели.

Полоцкие и новгородские воины построились в боевой порядок на берегах Черёхи. Мстислав выглядел очень самоуверенным, что ещё больше злило полочан.

– Сейчас развлечёмся, – прошептал моему отцу Ратимир.

По приказу Мстислава, чтобы неожиданно напасть, новгородцы скрытно стали переплывать на противоположный берег ниже по течению.

Но отлично организованные разъезды полоцкого князя заметили недругов и постоянно докладывали Всеславу об их нахождении.

При этом поначалу, полочане ничего не предпринимали, спокойно отсиживаясь в своём лагере. Только когда около четверти новгородских ратников перебралось, Всеслав подошёл к Ратимиру и сказал:

– Пора!

Потом всё полоцкое войско оставило лагерь и ускоренным маршем двинулось навстречу вражеской переправе. Немного погодя, негодующий князь Мстислав лишь беспомощно наблюдал за истреблением отрядов его воинов превосходящими силами полочан.

Из перебросившихся на другой берег новгородцев спастись не удалось никому.

– Тоже мне, умник! – произнёс Ратимир после расправы.

Из-за понесённых потерь, Мстислав послал гонцов в Псков для набора подкрепления, однако сам он уйти никуда не мог, ему необходимо было не допустить подступа полочан к городу.

В полоцком лагере Всеслав отметил с Ратимиром, Эстином и Вадилом уничтожение части новгородцев.

На пирушке Вадил предложил план будущих действий, который удивил князя. Было решено поступить по замыслу Вадила.

Новгородские ратники той ночью внимательно следили за полочанами, князь Мстислав лично проверял все посты. На супротивном берегу горели костры, они отражались в шлемах и кольчугах полочан, были слышны разговоры, различались перемещения воинов. Мстислав вздохнул с облегчением, полочане всё ещё перед ним, за рекой.

Каково же было изумление новгородского князя, когда в утреннем свете в полоцком лагере он увидел лишь горстку смельчаков, тушащих огни.

Вместо многочисленных воинов Всеслава, там были охапки сухолома, выборочно одетые в доспехи.

Одним из гасящих костры был Вадил, подойдя к берегу, он закричал:

– Трепещите, новгородские псы, потому что теперь вы будете сражаться не только с полоцким войском, но и со мной.

Внезапно за спиной князя Мстислава загудели трубы и застучали барабаны.