Святая Русь. Полководец Дмитрий

В пояс поклонился дяде, молвил:

– Рад видеть тебя, великий князь.

– Вижу твое радение, – сквозь зубы процедил Ярослав Ярославич. – Разве так великих князей встречают?

– Прости, дядя. Посадник Михаил со своими подручниками подняли весь город. На вече решили пропустить токмо тебя.

– А дружины?

– Дружины впускать не велено.

– Да где это было видано?! – закипел Ярослав Ярославич.

– Говори с вечем, – понурив голову, молвил Юрий Андреевич.

Великий князь скривил рот. Его переполняли досада, гнев и унижение.

Но спорить, видимо, не придется. Новгородское вече – одно из самых древних и влиятельных. Коль что оно решило, так тому и быть. Надо идти на помост и обосновать свое появление в Новгороде. И Ярослав Ярославич пошел. Перекрестившись на злаченые купола храма Святой Софии, произнёс:

– Выслушайте меня, новгородцы! Литва – наш давний враг. Много лет они тщатся захватить наши исконно русские города и превратить западные земли в свои вотчины. И за примерами далеко ходить не надо. Литовский князь Довмонт, родной брат жестокого и кровожадного короля Воишелка, пришел со своими иноверцами и завладел псковским столом.

Как оное можно терпеть?! Вливайтесь в мои дружины, и мы очистим Псков от иноверца Довмонта!

На помост степенно вошли посадник Михаил Федорович Мишинич, Жирослав Давыдовыч и Юрий Сбыслович.

– Не пристало нам, меньшим людишкам, великих князей вразумлять, – поблескивая живыми, хитроватыми глазами, начал свою речь посадник. – Князя Довмонта сами псковичи позвали. Тот давно уже помышлял принять православную веру и принял! Ныне он истинный христианин и добрый воевода, кой известен своими подвигами за землю Русскую.

Он не раз громил литовские войска и не раз ещё будет их громить.

– Люб нам Довмонт! – громко воскликнул Жирослав Давыдович.

– Стоять за Довмонта! – вторил Жирославу Юрий Сбыслович.

– Стоять! – грянуло вече. – Другу ли Святой Софии быть неприятелем Пскова?! Стоять!

И этот клич был настолько властным и неистовым, что великий князь содрогнулся.

Он никогда ещё не видел перед своими глазами такую громадную и яростную толпу, коя, как казалось ему, скажи супротивное слово – на куски раздерет. И Ярославу стало страшно. Он как-то весь сник, сгорбился. А громада бушевала:

– Слава Довмонту!

– Уводи свои дружины, князь Ярослав!

А за стенами города стояли в челе своих полков ростово-суздальские князья. Им хорошо было слышно, как бурлило людское море.

Молодой князь Дмитрий довольно думал: «Молодцы новгородцы.