Приор. Путь странника

– Мне жаль.

– Не стоит, Полковник. Вы не должны жалеть существо, которое не знаете и не понимаете его мотивов. Не берите на себя эти чувства, – она посмотрела на мужчину и снова растянула рот в «улыбке» что на лице Ларнианина смотрелось достаточно угрожающе.

– Да, вы правы, я не знаю его и историю, которая произошла. Но я знаю Вас, и мне жаль, что вы испытываете неприятные чувства из-за произошедшего. – Он смотрел на зрительные усики, но словно видел во взгляде непонимание. – У людей принято сочувствовать чужому горю, даже если они не пережили этого сами, понимаете?

– Не очень…По-моему, это очень саморазрушающий обычай.

Переживать проблему вместе с другими довольно тяжело.

– Наверно, да. Но вместе легче, чем одному.

Они оба замолчали на несколько минут, и когда продолжили, тон разговора стал немного теплее.

– Знаете, мой отец был одним из тех, кто мог найти какие-то древние знания. Из текущего поколения никто не обладает такими знаниями. Но если у меня получится что-то найти, я дам Вам знать.

– Спасибо, Кииша, буду признателен.

– Я сейчас могу чем-то помочь? – с искренним участием произнесла Ларнианка, в знак уважения приподняв плечи.

– Думаю, вам стоит успокоить своих соотечественников на корабле, если это потребуется, и более ничего, – улыбнулся в ответ командир.

– Я могу больше. Отправлю к Вашим ученым наших специалистов, возможно, наши знания смогут помочь разгадать загадку Приора, – уже вставая с кушетки, произнесла Кииша.

Рохас не успел поблагодарить ее, потому что она быстро удалилась из его кабинета, и в нем снова повисла давящая тишина.

Рохас посмотрел на уже пустой дверной проем и подумал, что различия в эволюции, в истории народов, в количестве прожитых веков в разных концах Галактики не могут отнять одну общую черту у всего живого – сопереживание. И пусть Лариниане считают чувства вполне объяснимыми и обоснованными качествами и не понимают беспричинной любви или ненависти, они тоже подвержены общевселенскому потоку доброты и взаимопомощи.

Мужчина снова вернулся в горизонтальное положение, закинув ноги на подлокотник. На этот раз он закрыл глаза и погрузился в дремоту. Его уже порядком успокоившийся разум перебирал воспоминания о контакте с Приором. Он снова видел свой родной дом, слышал запахи и звуки, шелест листьев и шум воды. Чувствовал ветер на своем теле и даже первые капли дождя на лице.