Семь бесов в бочке меда

– Народ, – Липа подозрительно уставилась на статую, только сейчас обратив внимание на то, что ее поза как будто чуть поменялась, – а разве у нее не была распахнута пасть, когда мы пришли? И стояла она по-другому, приподнявшись на передних лапах.

– Да вроде так же все было, – протянул Виктор. – А насчет подсказки – это очень странно. Мы же осмотрели эту «красотку» вдоль и поперек. Не было никакой записки.

– Значит, плохо искали, – хмыкнула Ира. – А мне вообще в этом квесте везет на послания. Спорим, там дурацкий стишок будет?

Она развернула листок и прочитала:

В согласии и мире

Умножь всех на четыре,

Прах к праху

Толкай с размаху.

– Все-таки урны, – вздохнул Антон и нервно поскреб в затылке. – Черт!

Виктор забрал у Ирины записку и перечитал еще раз.

– М-да, это место мне нравится все меньше и меньше. Надеюсь, в урнах обычная зола хранится. А то с этих безумных организаторов станется. Что ж, пойдем обратно в коридор. – Он развернулся и на ходу крикнул другу: – Тим, мы кое-что нашли! Жди!

В гробу отозвались одиночным стуком и витиеватым матерным напутствием.

– Липа? – Виктор бросил на нее вопросительный взгляд.

– Может, я вас тут подожду?

Она зябко передернула плечами. Возвращаться в мрачный коридор не хотелось совершенно. И еще меньшим было желание дотрагиваться до ваз с прахом, даже бутафорским. Налипшая на урнах паутина вызывала и вовсе брезгливое отторжение.

«Кстати об этом. Почему никто не сказал Ире, что она так и ходит с гирляндой паучьей пряжи в волосах?»

– Лип? – снова окликнул Виктор, подходя ближе.

Она покачала головой:

– Я правда лучше здесь побуду.

«Там ненавистная темнота и задание с прахом – просто отвратительно! Не хочу в этом участвовать…»

– В согласии и мире, так написано в записке. Думаю, нужно действовать сообща. Всем вместе. Так что давай, не время унывать!

Он красноречиво подставил локоть. Ситуация стала еще более неловкой.

– Ладно, – со вздохом Липа зашагала в сторону пугающего коридора.

Перед входом в нишу она включила фонарик. Ирина и Антон уже отсчитали четвертую урну и безуспешно пробовали ее сдвинуть.

– Без вариантов, – отчитался Антон, когда они подошли. – Она каменная и замоноличена. Тут хоть с размаху, хоть с разбегу – бестолку.

«Значит, не разобьется? Раз каменная. Ну хоть что-то».