Костры из лаванды и лжи

Камень, шершавый и холодный.

«И это отель? Ладно, паутина с балок не свешивается, и на том спасибо. Интересно, а обычных постояльцев тоже в такую жуть селят? Фотки-то на сайте совсем другие. И вот как по этим ступеням чемодан тащить? А может где-то есть лифт, а этот Люк просто издевается? Мстит за то, что из-за меня Моник его застукала спящим? Странный он какой-то. И вообще всё здесь… странное».

Они прошли небольшую квадратную площадку на втором этаже и стали подниматься выше. К этому времени Женя уже в полной мере ощутила, что день был длинный, и она провела его на ногах.

С их приближением на стене зажглась электрическая лампа, стилизованная под факел. Вероятно, сработал датчик движения. Женя поморщилась – это место нравилось ей всё меньше. Подрагивающий свет факела озарил площадку третьего этажа и две массивные деревянные двери с коваными вставками.

Люк приложил ключ-карту к электронному замку на одной из дверей и заученно протараторил:

– Свет включается слева. Вода в уборной прогревается не сразу – нужно полминуты выждать.

Доброй ночи, мадам Арно.

– И вам, – только и успела ответить она в спину удаляющегося парня.

Бросив неприязненный взгляд на псевдо-факел, Женя прошла в комнату, нащупала рычажок выключателя. Под потолком вспыхнула изящная люстра-канделябр. Хорошо хоть лампочки были лишь имитацией свечей и горели равномерным электрическим светом. Серо-голубая филёнчатая дверь с внутренней стороны выглядела довольно заурядно. Рама высокого окна тоже была вполне современной, пластиковой, никаких средневековых ужасов, впрочем, клетчатая расстекловка придавала ему особый французский шарм.

Молочно-белая отделка комнаты прекрасно гармонировала с голубоватыми обоями в мелкий цветочек, которые покрывали стену за изголовьем двуспальной кровати, устланной покрывалом в тон. У её дальнего края возвышался ворох пышных подушек.

Женя всё ещё топталась у порога, не в силах поверить, что жутковатая лестница привела к такой воздушной и уютной комнате, которая теперь в её полном распоряжении.

После шести квадратных метров кухни у дяди Кости это помещение казалось поистине королевским.

«Да я как настоящая Мария-Антуанетта! Вау!»

А уборная… Женя не сдержала восхищённого вздоха, созерцая ванну на чугунных львиных лапах, стоящую посреди просторной комнаты с ещё одним окном. Большим французским окном в ванной! Женя немедленно задёрнула тяжёлые шторы.

«Не хватало ещё, чтобы за мной подглядывали».