Зрячий среди слепых

Закончив, Наставниотошел от алтаря и направился прямиком к сыну сквозь толпу благоговеющих перед ним людей. Морис с трудом удержался, чтобы не ринуться в закрытые двери. Ему вовсе не хотелось говорить с отцом сейчас. Он уже знал о чем будет разговор. Но на этот раз священник не стал растягивать диалог.

–Рано или поздно, будешь развлекать их сам.-коротко бросил Гилмер.

Затем он открыл двери и вышел на площадь. Идти за ним парень не стал и молча отправился в школу.

***

Сидя за партой, Морис пытался вспомнить, сказал ли что-то Хранитель на этого раз.

Иногда он видел послания не сразу, а иногда и не вспоминал вовсе. Попытка вызвать видение снова не увенчалась успехом. Перед гдазами стояла лишь фигура Хранителя, окруженная толпой отцовских воздыхателей. Никаких слов или особых жестов парень не помнил.

Морис стряхнул оцепенение, боясь, что его ступор будет слишком заметен. Сын главного Наставника всегда находился в центре внимания. Но нет. Все сидели с равнодушным видом, слушая очередные рассказы о Рейвентауне.

Парень снова погрузился в раздумья, решив оставить Хранителя в покое. Равномерная болтовня учителя навела его на другие мысли. Морис жил в Рейвентауне с рождения и ни разу не покидал его. Ему казалось, что это место было отделено от остального мира. Маленький город, темный и потерянный. Почти мёртвый, если не считать людей, кое-как оживлявших его стены. В школе говорили, что Рейвентаун был городом с богатой историей. Осталось ли что-то от неё сейчас, Морис не понимал. Если когда-то у жителей Рейвентауна и был повод гордиться им, то сейчас от былого величия не осталось ничего. Полуразвалившиеся мрачные дома нависали над тротуарами, грозясь упасть и погрести под собой проходящих мимо людей. Покосившиеся столбы с провисшими линиями электропередач в пасмурную погоду напоминали призраков. Морису часто казалось, что город наблюдает за жителями. С интересом смотрит на тебя глазами-фонарями и порой усмехается, бросая в глаза прохожим дорожную пыль. А ночами Рейвентаун казался особенно зловещим, поглощая дома один за другим, обволакивая редких пешеходов липкой тягучей темнотой. Она глотала все, добираясь и до шпиля отцовской Обители, возвышавшегося над городом. Обитель, где служил отец Мориса была единственной ухоженной постройкой, не считая его же дома и горстки элитных новостроек, принадлежавших городским чиновникам. Жители любили её, отдавая последние деньги на её содержание и украшение. Гилмера это более, чем устраивало.