Люди и чудовища

Потом Арон чуть улыбнулся и сказал привычным тоном:

– В дороге официальное обращение ни к чему. Можешь звать меня по имени.

Кирк моргнул, настороженность из взгляда исчезла.

– Я знаю два имени. Каким из них?

– Любым. Первое дали мне родители, второе я выбрал сам.

– Хорошо… Тибор.

– …Когда туман рассеялся, люди увидели, что фегиты больше не извергают горящий камень, а провалы в земле закрылись. И тогда люди поняли, что время Уггир закончилось…

Арон подкинул в воздух огненный шарик размером не больше, чем кулак младенца.

Поймал, подкинул вновь. Монотонные движения помогали думать, слова древней легенды, которую рассказывал Инис, скользили мимо сознания.

– Уггир – это на каком языке? – лениво спросил у рассказчика Кирк. – Впервые слышу это слово.

– Это из древнего языка септов. Сейчас на нем не говорят, – вместо Иниса объяснил Истен.

Шел третий день как братья носили серые ошейники. Первый день молчали оба, на второй день Истен начал участвовать в разговорах, но Пратас продолжал отмалчиваться.

Даже тогда, когда к нему обращались, он лишь смотрел исподлобья и самое большее мог буркнуть что-то неразборчивое в ответ.

– И что это слово значит? – продолжал расспрашивать Кирк.

– Хаос. На древнем языке «Уггир» означает Хаос.

Хаос. Время Хаоса? То самое время, о котором упоминал жрец Многоликого в храме Триады?

Арон поймал огненный шар и в этот раз сжал руку в кулак, впитывая пламя. Повернулся к говорившим.

– От кого ты услышал эту легенду, Инис?

– От своего деда.

– А он?

– Он от своего.

– Твой дед говорил, когда именно закончилось время Уггир? Желательно по летоисчислению, принятому в империи.

Молодой наемник нахмурился.

– Это ведь легенда, Тибор. У легенд не бывает точных дат.

– Значит, не говорил. – Арон раскрыл ладонь, позволяя пламени вернуться и вновь скрутиться в шар. – Кажется, я пропустил пару моментов твоего рассказа. Будь так добр, расскажи все еще раз, с самого начала и со всеми деталями, какие помнишь.

Инис растерянно моргнул.

– Как скажешь, Тибор. Мне нетрудно.

– Ты стал собирателем древних сказаний, Тибор? Подходящее занятие для главы Темного Ковена.

Арон чуть приподнял брови – впервые за три дня Истен обратился к нему напрямую. И яд сочился из каждого слова. Ненадолго хватило его страха.

– Да, – согласился северянин. – Напишу манускрипт о южных легендах. Потом прикажу магам в Ковене выучить его наизусть. Тех, кто не сможет, скормлю бесам.