Ее любили все

Начнется безобразная склока, Лиза, как всегда, попытается всех помирить, но у нее ничего не получится. А еще ходят слухи, что тесть собирался зачитать свое новое завещание, и если кто-то сочтет себя обиженным, тогда вообще пиши пропало.

– Я был сегодня на ее могиле, – негромко продолжал писатель, словно ни к кому конкретно не обращаясь. – Как все это грустно. В других странах под кладбище нередко выделяют самое красивое место, а у нас…

Илона Альбертовна поежилась, и ее бусы сразу же ожили и зашелестели.

Как и многие, скажем так, не слишком молодые люди, она плохо переносила разговоры о смерти. Но на помощь ей сразу же пришел старый друг Свечников.

– Бог дал, бог взял, – веско проговорил профессор. – Ничего не поделаешь.

– Обидно, – просто ответил старый писатель, и его улыбка казалась в это мгновение совсем беспомощной.

– Валентин, ты так говоришь, словно хотел бы, чтобы я умерла вместо нее. – Илона Альбертовна увидела отличную возможность устроить сцену и решила ее не упускать.

– Мама! – тихо сказала Лиза.

– Может быть, пора за стол? – вмешался Филипп. – Где Наталья, что она возится? Наталья!

Домработница явилась через минуту и в ответ на расспросы объявила, что гости могут садиться, еда скоро будет. Приглашенные потянулись к выходу, причем Олег Петрович зорко следил, чтобы Кирилл не приближался к критику слишком близко. Однако бизнесмен, казалось, больше не помышлял о мести. Он смерил секретаря насмешливым взглядом и, взяв Викторию за руку, крепко сжал ее пальцы.

– А ведь могли бы остаться дома, – шепнул он, жарко дыша ей в ухо. – И это было бы куда лучше.

Ира Короленко немного замешкалась, прежде чем выйти из комнаты, и, заметив неподалеку Лизу, вполголоса спросила ее о чем-то. Выслушав ее, дочь писателя кивнула.

– Прямо по коридору и направо, – сообщила она.

– Спасибо! – просияла Ира и на цыпочках ускользнула.

В коридоре Дмитрий Каверин подошел к Филиппу.

– Я надеюсь, мы управимся до девяти? – спросил он, озабоченно двигая рыжими бровями.

 – Мы с Надей собирались вернуться пораньше, дела, знаете ли…

– Конечно-конечно, – заверил его Филипп, – не волнуйтесь.

Под сводчатым потолком столовой зазвенели шаги и голоса, бутылки и бокалы, стоявшие на столе, отбрасывали на скатерть яркие блики. Кирилл хотел выглянуть в окно, чтобы узнать, продолжается ли метель, но окна в этой части здания оказались странные, крошечные, формой похожие на капли.