И залпы башенных орудий…

На большом корабле вроде «Доннара» или «Йомалатинтиса» дорога его вела бы в столовую офицерского сектора, но на МАКе приходилось опрощаться и демократично топать со всеми вместе – по атриуму вниз, до кают-компании второго яруса.

Копаныгин, сердито сопя, дошагал до шахты атриума и прыгнул вниз. Локальная гравиустановка мягко погасила инерцию и подпихнула Михайлу в овальный люк второго яруса.

Виктор шагнул следом, ощутив мимолетное чувство падения. «Дюранго» шел с ускорением десять метров в секунду за секунду, и этого хватило бы, чтобы переломать ноги на дне атриума.

Но слава гравитехникам – эти спецы дело знали туго. Младший командор завис напротив овального проема, и будто мягчайшие пуховые подушки надавили ему в спину, заботливо вталкивая в круговой коридор второго яруса. Середа привычно оперся на ноги, вспоминая, как он корячился и падал на колени в первый месяц. Потом привык. Со временем ко всему привыкаешь…

В кают-компаний было пусто, только Петер Зенер, инженер-пилот, блестел в уголке бритым черепом, доедая вторую порцию.

– Здоров, Петро, – обронил Копаныгин.

– Здоров, Михайло, – поднял Зенер задумчивый взгляд. – Что вывело тебя из равновесия, Михайло? Что нарушило баланс между торможением и возбуждением?

– Да есть тут один… – проворчал Копаныгин, ожесточенно давя клавиши блока доставки.

Виктор промолчал. Михаил передал экспресс-обед Таппи, тот передал Середе.

Потом взял себе, Копаныгин разжился третьим пищевым рационом.

По-прежнему ничего не говоря, Виктор уселся за столик и распечатал экспресс-обед. Недурственно. Жаркое сы-бао, что-то изысканно-французское из артишоков и компот.

– Да здравствует интернационал! – потер руки Таппи, не зная, за что хвататься прежде – за вилку или за палочки.

Копаныгин хлебнул компота из прозрачного стакана и сказал:

– Продолжим наш разговор.

Так на чем мы остановились?

– Ты шказал му, – проговорил Таппи с набитым ртом, – што негде вжать врагов!

– Ага! И что вы на это имеете ответить, господин младший командор?

– Господин командор, – обратился Виктор к Михаилу по званию, – а вам не кажется странной одна интересная подробность наших виртуальных сражений? Мы всегда бьемся или с инсектоидами, или с орнитоидами.