Печать силы

 – Он положил тяжелые ладони Вилене на плечи, отчего девчонка вперила в него возмущенный взгляд, но ничего не сказала. – Это очень хорошо, что ничего подобного не случилось за пределами нашей школы, но как ни крути, твои родители забрали жизни четверых человек, а это осуждается в любом обществе. Как отец, я понимаю их стремление подарить тебе лучшую жизнь, но когда речь идет о такой огромной ответственности, нельзя поступать подобным образом.

– Мои родители подарили мне лучшее детство, о котором здесь я не могла бы и мечтать, – твердо ответила Вилена, смахивая с лица слезы.

 – И я не верю, что они были способны сделать нечто подобное, если на то не было веских причин. Мы имеем полное право жить так, как нам хочется и где хочется. Это и есть свобода. А здесь – тюрьма.

Павел молча наблюдал со стороны, даже не пытаясь вступить в разговор. Он явно был лишним и не хотел подливать масло в огонь.

– В чем-то ты права, но мы – необычные люди и должны жить по правилам этого общества. Со временем, ты все поймешь сама.

А сейчас, Павел, проводи эту девушку в ее корпус.

– А что с моими родителями? – крикнула девчонка, уже не сдерживая эмоций. – С ними-то что будет?

– Скоро состоится суд. Как ни печально, но я ничем не могу помочь в этой ситуации, твоим родителям придется ответить за собственные поступки, но у тебя будет возможность поговорить с ними, просто придется немного подождать. А сейчас я вынужден попрощаться с вами, мне еще нужно принять несколько других учеников. До встречи.

Вилена покорно направилась вслед за наставником, окончательно потеряв желание спорить и что-либо доказывать директору.

Если ее родители действительно убили тех людей, то как она может оправдать их?

Они прошли в другое крыло здания, вновь столкнувшись с мужчиной в белых перчатках. Тот проводил их укоризненным взглядом, но ничего не сказал.

Сумка казалась невыносимо тяжелой, соскользнула с плеча девчонки и упала прямо посреди коридора. Вилена устало наклонилась за ней, но Паша уже успел подхватить сумку.

Их пальцы на мгновение соприкоснулись.

– Извини, – буркнула девчонка себе под нос, вновь вытерев ладонью мокрую от слез щеку, – я не специально. Далеко еще?

– Мы пришли, – парень указал на очередную дубовую дверь. Все они казались новенькой совершенно одинаковыми.

Взгляд Вилены остановился на резной вывеске сверху «вход только для девушек». На четырех языках. Девчонка натянуто улыбнулась, минута слабости прошла, так и не успев начаться.