Политрук. На Ржевском выступе

Положение осажденного немецкого гарнизона критическое…»

Глава 3

Четверг, 23 июля 1942 года. Ближе к вечеру.

Калининская область, с. Ботнево

С бумагами разобрались быстро, я даже подивился живости военной бюрократии. Кристину мы проводили в санитарную роту полка, наголо остриженные Павел с Артемом достались интендантам, а мой путь лежал в расположение 8-й роты.

Честно говоря, никогда меня не тянуло командовать людьми. Знаю отдельных особей, которые просто алчут власти, да побольше, но мы не из таковских.

Я и в армии, когда нашил сержантские лычки, без особого удовольствия принял отделение.

А что делать? Душевно поговорить с ротным? Мол, не мое это – брать на себя ответственность и нести ее? И куда товарищ майор пошлет товарища старшего сержанта? То-то и оно.

Однако не до капризов – война идет. Конечно, брать под командование целую роту боязно, но тут уж… Надо, Тося, надо!

Батальонный комиссар Данила Деревянко взялся было отрекомендовать меня личному составу, но я настоял на своем.

Сам, мол, разберусь.

718-й полк не стоял на постое в Ботнево, а расположился неподалеку, заняв лесочек, прореженный полянками и лужками. Большие армейские палатки выстроились по линеечке, прячась под самодельными масксетями – на дырявые рыбацкие снасти навязали зеленых лоскутков, повтыкали ветки да пучки травы. Но бойцы этим не ограничились – шуршали лопатками, тюпали топорами, закапываясь.

Бойцы 8-й роты тоже нарыли себе землянок – добротных, в два наката.

Я храбро спустился в ближайшую, просунулся в низкую дверь – и чуть не задохнулся от вони. В мигающем свете коптилки тускло поблескивали мятые миски, пустые консервные банки и армейские котелки, сваленные на стол. Красноармейцы сидели и лежали вокруг, как пародия на древних римлян в триклинии, и таращились на меня. Немая сцена.

– Встать! – холодно скомандовал я.

Народец, воровато прибирая спиртное, выстроился, недовольный и хмурый.

– Меня зовут Антон Иванович Лушин, – представился я.

 – Назначен командиром вашей роты. Надеюсь, что временно. Командовать чмошниками – не велика честь.

О как! Встрепенулись! В потухших взглядах смертников затеплились нехорошие искорки.

– Я вам не чмо, товарищ политрук! – промычал здоровый бугай, сжимая кулаки. – Я воевал! И ребята тоже!

– Фамилия! Звание!

– Старшина Ходанович! – подтянулся бугай.

– Если вы не чмошники, то откуда в землянке срач? – медленно проговорил я.