Фабрика одиноких носков

– Толкай внутрь, – он ухватился за руль мотороллера и потянул в сарай. Она подтолкнула, и вскоре её любимый скутер был спрятан под кучей сена и поленьев. Потом Федор прошёл вглубь сарая и отпер неприметную дверь. Зашел куда-то, и полоска света обозначила путь для Леры.

– Барышня, иди сюда, – раздался тихий голос Фёдора.

Лера боялась, но отступать было уже некуда, и она шагнула на зов в полосу света.

Комнатушка была довольно уютной, красиво обитая ровными дощечками. В углу стояла застеленная кровать, и рядом с ней тумбочка.

Под потолком светила одинокая лампочка.

– Садись на кровать, – скомандовал Фёдор.

– Ну, знаете ли! – возмутилась Валерия. – Что, вообще, происходит?!

– Барышня, не зли меня, – спокойно сказал мужчина, показывая рукой на кровать. – Я не собираюсь заниматься с тобой всякими глупостями. Нафиг мне это нужно…

– А что вы собираетесь делать?!

– Поговорить с тобой, барышня. И узнать каким образом ты ввязалась в это дерьмо. И чем быстрее я это выясню, тем быстрее решу, как из него выбраться.

Насупившись, Лера прошла и села на кровать, сдвинув колени. Он одобрительно кивнул, потом вышел из комнатушки. Загремела дверь пристройки, потом потух свет в сарае, и Федор вернулся, прикрыв за собой дверь. Выдохнул. Взял тумбочку и сел на неё.

– Рассказывай, барышня. С чувством, толком и расстановкой.

Лера же, сбивчиво поведала о том, как она оказалась утром в квартире на Лесной, и все свои приключения, вплоть до посещения пиццерии следователем Харитоновой.

Фёдор задумчиво почесал щетину.

– То есть, ты хочешь сказать, что случайно оказалась в квартире Палыча?

– Да, – энергично закивала девушка. – Мне просто дали заказ на адрес.

– Вот же, блин!

Фёдор встал и, сморщившись, посмотрел в потолок. Потом стал мерить шагами комнатушку, почесывая то затылок, то лоб, то грудь. Лера смотрела на него и оценивала.

Сероглазый не был высоким, а, скорее твёрдого среднего роста. Довольно широкие плечи, не скатывались вниз, как у качков, а угловато торчали по сторонам.

Это необычно смотрелось в контрасте с узкими бедрами. Волосы, тронутые заметной сединой на висках, лежали в ровной стрижке, тоже необычной – на затылке весьма длинные, ниже уровня плеч. Нос с заметной горбинкой внушительно торчал на лице продолговатой формы, но не критично. Острый подбородок, чуть скошенные скулы и губы были спрятаны под хорошим слоем отросшей щетины. Глаза, отметила Лера, были просто песней – большие, под густыми ресницами.