Фабрика одиноких носков

Лицо мужчины было очень «живое». Не каменная маска, и не дерганное ужимками, а, именно – живое. Отражающее настроение. И даже, как показалось девушке, приятное.

– Нда-а-а, – протянул Фёдор, и сложил губы трубочкой.

Лера хихикнула.

– Ничего смешного, барышня,– серьёзно сказал он. – И вот что мне теперь с тобой делать?

– Ничего не надо со мной делать, – испугалась она. – Я домой хочу.

– Это понятно, – Фёдор махнул рукой в её сторону. – Только домой нельзя. Там, наверняка, тебя ждут дебилы Короля.

Ты знаешь кто такой Король?

– Нет.

– Вот и я не знаю. Однако его люди искали на квартире Палыча документы, а тебя хотели шлёпнуть. И зачем Королю эти документы?

Лера закашлялась – её хотели шлепнуть, а он думает о каких-то документах! Вот бесчувственный осёл!

– И кому теперь отдать эти документы? – продолжал задумчиво Фёдор.

– А вы их нашли? – приняла участие в обсуждении Лера.

– Нашёл. Да что толку? Там какие-то схемы, графики, счёта и ещё полно всякой хрени, в которой я ни черта не разбираюсь.

Я Палыча знаю давно…

Тут он остановился и взглянул на Леру, дернув подбородком вверх. Щетина смешно оттопырилась.

– Ты говорила про какую-то Харитонову – следователя. Что за бабец?

– Жопа здоровая и сиськи надутые, – нахмурилась девушка, вспомнив фигуру, лицо и платье следователя.

– Я не об этом, – отмахнулся Фёдор. – Что за человек?

– Не знаю. Злая она…

– Ты просто завидуешь ей, – усмехнулся Фёдор, глядя на Леру. – Твои женские достоинства далеки от привлекательности.

– Ну, знаете ли! – подскочила Лера.– Хам!..

Он удивлённо выпучил глаза.

– Ух ты! Ты, барышня, прямо обиделась…

– И не называйте меня барышней!

Фёдор поднял ладони в примирительном жесте.

– Не обижайся, Валер. Ну… что выросло, то выросло. У тебя, наверное, и парня-то нет?

Она шумно засопела и гневно сверкнула глазами.

– А ты не обижайся, – улыбнулся он.

И что удивительно, Лере расхотелось гневаться. Улыбался Фёдор как-то особенно, без тени наигранности.

Его лицо подобрело, и сам он стал мягче, будто кто-то у него внутри постепенно разжал боевую пружину. Не отпустил, и пружина стремительно выпрямилась в грозном броске, а именно, мягко и нежно разжал.

Валерия непроизвольно улыбнулась в ответ. Он подошёл к ней и осторожно сжал её ладонь.

– Ты это… Правда, не обижайся.

Лера почувствовала тепло. Оно исходило из его пальцев, бежало по её руке до плеча и потом разливалось по груди.