Физрук: назад в СССР

В строю хихикнули, но другие весельчака не поддержали. И я начал перекличку:

– Абрикосов!

– Я! – отозвался самый мелкий шкет, лопоухий и конопатый, но при этом – не рыжий, а скорее белобрысый.

– Борисов!

– Здесь, – буркнул самый толстый.

– Веретенников!

– Тута! – осклабился чернявый живчик.

– Григорьев!

– Болеет, – сообщил конопатый Абрикосов.

– Первого сентября и болеет? – удивился я. – Нашел время…

– У него ветрянка…

– Ясно… Идем дальше… Доронин!

– А как же! – откликнулся «Чапаев».

Я уже начал опасаться, что в этой сборной второгодников и тунеядцев окажется по гаврику на каждую букву, но на Доронине система сломалась. За ним последовал Журкин, потом Зимин и Ильин, следом Капитонов, Константинов, Кривцов, дальше – Макаров, Митрохин, Могильников, Морозов, Отрыжкин. Сидоров. На эту фамилию отозвался рыжий. И сделал он это крайне неохотно. Неужто надеялся остаться для меня анонимом?.. Сидоров, Сидоров… Где-то я уже слышал эту фамилию, причем – уже в этой жизни… Я посмотрел имя и отчество любителя тырить у физруков свистки.

Арсений Кириллович… Арсений… Сенька!

– Кем работает твой отец, Сидоров?

– Слесарем, – пробурчал тот.

– Неправда, Арсений Кириллович, – ласково произнес я. – Твой папа старшина милиции… Верно?

Я вспомнил того милиционера, что остановил меня в гастрономе. Он про сына упомянул, что тот учится в моей школе. После моего вопроса огненная шевелюра Сеньки потускнела по сравнению с румянцем на щеках.

По спортзалу прокатился гул, в котором слышалось презрение. Рыжий совсем сник. Он явно стеснялся профессии своего папаши в кругу хулиганов и, видимо, скрывал ее от одноклассников. Не удивительно. У этой малолетней шпаны в чести другие специальности. Я не стал дальше мучить Сидорова. Это сделают его подельники… А я принялся перечислять дальше: Тетерников, Трушкин, Ульянов, Уткин, Фазиев, Фирсов, Холодов, Шаров, Щукин, Якушин. Всего двадцать семь душ. Из них пятеро отсутствовали. Уф… Выдохся, проводя перекличку. Взглянул на часы. После звонка прошло всего двадцать минут.

– Вот что, граждане бандиты, – сказал я. – Не стану я рассказывать вам о международном положении. Надо будет в Интер… Телек посмотрите… Я сейчас отлучусь, а вы можете делать, что хотите, но, чтобы ни одного рыла не появлялось за пределами спортзала. До звонка! Ясно? Кого поймаю за пределами спортзала, пока урок идет – уши оборву.

Школота завопила «Ура!».