Дятлов Посох. Книга первая

Набросала карандашом фрагменты экспозиции. После чего принялась детализировать. Когда основные контуры дремучего леса Навьего Мира были отображены на моем листе, настала пора поработать над пейзажем в цвете.

Я открыла коробку с пастельными мелками и с головой погрузилась в процесс. Шаг за шагом на белом поле бумаги лесная поляна начала оживать, и стала стремительно обретать объем, разворачивая пространство в глубину и в ширь.

Дело спорилось, пейзаж получался, что надо. Один в один, как тот образ, что я удерживала в сознании.

– Ну-ка, что там у нас, – Вениамин из-за моего плеча оценивающе посмотрел на мое творение.

– Судя по всему, какой-то «шишкин лес», – с другой стороны сунула свою мордашку Милица. – Зато смотри, как тут все утончённо и реалистично…

– Ну да, деревья, трава, пенек и все такое – это все хорошо. – Едва слышно озабоченно промурлыкал кот. – Но почему никого не видать вокруг. Может быть, ты от волнения настроилась не на тот образ. Ты же знаешь, без живых объектов твое задание не засчитают.

– А может, пока никто не заметил, ты кого-нибудь быстренько подрисуешь? – прошептала лиса, косясь украдкой на экзаменаторов. – А мы с Венечкой, малость подшаманим и выйдет все тип-топ. Авось никто ничего и не заметит.

– Нет, не стоит, – отказалась я. – Пусть все будет, как есть. На экзамене все должно быть по-честному. Если провалю – значит провалю. Пересдам потом в другой раз.

– Правильно, Аня, одобряю, – похвалил меня кот. – Нужно верить в себя и не бояться ответственных решений.

А ты, Милица, своей хитростью, когда-нибудь точно подведёшь нас под монастырь. И вообще, сколько раз я просил тебя не называть меня Венечкой. Я не веник – я Вениамин. Вот я же тебя, не называю милицией. А хотя, мог бы.

– Да, ладно тебе, я же это из самых лучших побуждений, – сказала лиса в свое оправдание. – Ну не хотите, так и не надо. Мое ведь дело, предложить, а уж Аня там пусть сама решает. А Венечкой, между прочим, я называю тебя из чувства дружеской симпатии. Это же я так, любя.

У меня и в мыслях не было, что это так могло тебя задеть.

До конца, отведенного времени на задание оставалось еще пять минут. Ждать, когда они истекут уже не имело никакого смысла. Я еще раз критическим взглядом оценила свое творенье, чтобы окончательно убедиться, что картина полностью закончена. После тщательного анализа я пришла к заключению, что больше в ней мне дополнить нечего. Все было выполнено идеально – ничего не убавить и ни прибавить.