Веретено Судьбы. Книга 1

С высокого потолка помещение холла освещала огромная, потрясающих размеров люстра, с сотней лампочек, выполненных в форме маленьких свечей и мириадами нитей с гирляндами сверкающих на них подвесок. Глядя на эту красоту, мальчики не могли себе даже представить – сколько же времени и труда может потребоваться для того, чтобы поддерживать эту красоту в ее изумительном блеске и умопомрачительном великолепии.

Прямо напротив них на фронтальной стене висел портрет, размеры которого так же были внушительными и огромными. Его массивная золочёная рама произвела на них неизгладимое впечатление.

Портрет вызывал уважение своим размахом, масштабом и величием. От этой картины так и веяло духом рыцарской феодальной власти. На близнецов с высока с портрета взирал какой-то знатный вельможа – уже не молодой, но и ещё совсем не старый, в расшитом парчой камзоле, с массивной герцогской цепью на груди, его пальцы, сжимающие рукоять меча, были унизаны кольцами и перстнями с жемчугами и драгоценными камнями, а голову украшал бархатный берет со страусиными и павлиньими перьями. Возможно, этот суровый и властный господин, когда-то и был хозяином этого замка – и всех необъятных, прилегающих к нему владений.

По левую сторону холла располагался большой камин. Как в случае и с портретом, ребят поразили его размеры. Он представлял собой огромную арку с резными сводами и готическими колоннами, выполненными из полированного мрамора, увитого тонкими розовыми прожилками. В камине лежали дрова и пылал огонь. Поленья потрескивали и стреляли угольками, поднимая фонтанчики ярко-алых искр.

В помещении холла витали запахи благородных дерева, горящего в камине – может быть бука, а может дуба. Тепло очага согревало и привносило в атмосферу замка чувства благости и умиротворения. Поле сырой и промозглой погоды, которая бушевала там снаружи, вы попадали как будто в другой мир, где мягкая нега покоя и уюта располагала вас к ненавязчивой беседе, за чашечкой кофе со сливками или же сладкого чая с подогретым молоком.

Рядом с камином, на старом ковре, который не впечатлил ребят – потому как был старым, выцветшим и потёртым, и не вписывался в общий интерьер богатого убранства замка, – стояли четыре глубоких кресла, с пухлыми, мягкими подушками и массивными валиками на подлокотниках.

Между ними стоял небольшой чайный столик на ажурных ножках с сервировкой, рассчитанной на три персоны.

Высокие своды узких витражных окон до половины скрывали подобранные бронзовыми подхватами портьеры.