Веретено Судьбы. Книга 1

Двери лифта открылись, и Егор увидел, стоявшего у распахнутой двери Андрея Андреевича. Тот приветливо махнул ему рукой и приглашающим жестом указал, чтобы Егор входил, а сам тут же исчез внутри – видно по какому-то спешному делу.

Разуваясь в прихожей, Егор обратил внимание на его халат. В отличие от отца, который ходил дома в спортивных штанах и в майке, в своём атласном халате профессор выглядел чинно и интеллигентно. Помимо халата на нём была свежая рубашка, а на шее повязан шёлковый платок.

Брюки Андрея Андреевича были тщательно отутюжены, а ноги обуты в мягкие тапочки с меховой опушкой. От седых волос профессора и его ухоженной бороды исходил едва уловимый аромат дорогого одеколона.

– Здравствуй, здравствуй, Егор. Ты, как всегда, вовремя, – произнес Перовский, гремя чашками на кухне, откуда повеяло густым ароматом кофе. – Пунктуальность – очень хорошее качество для молодого человека. В нашем мире науки это очень ценится.

– Здравствуйте, Андрей Андреич, – Егор расшаркался на коврике у двери и переступил порог гостиной.

Ему нравилось бывать у профессора дома. Особый восторг вызывал его кабинет, обставленный мебелью из полированного красного дерева, значительно потемневшего от времени. Наверняка этот стол и комод мастерили ещё в прошлом веке. У стены напротив двух окон располагался стилизованный под старину камин. Но зачем он был нужен в современной благоустроенной квартире, Егор не понимал. Какой в нём прок, если в многоэтажке его всё равно нельзя топить дровами.

Скорей всего, он не настоящий – это как холст с очагом, в сказке про Буратино. На мгновение Егор представил себе, находящуюся за ним волшебную страну, и эта мысль его развеселила.

На каминной полке между двумя бронзовыми подсвечниками стоят массивные чугунные часы – в форме статуэтки мальчика-чистильщика обуви. Часовая и минутная стрелки на них не двигаются. Не работают, подумал Егор. Ну и что, зато статуэтка классная.

Подумаешь, время… – если нужно… его можно посмотреть и в телефоне.

А ещё в кабинете почти у всех стен стоят книжные шкафы. Книг у профессора дома было столько, что они даже не помещались все на полках. Они заслоняли ряды, замурованных за ними томов и лежали высокими стопками на банкетке с точёными фигурными ножками и двух, стоящих возле неё табуретах. Трудно представить, как профессору удавалось ориентироваться в этих книжных амбразурах.