Избранное. Том 2. Повести, детективы

Но спать разведчикам в эту ночь не пришлось. Степан «завтра» ждать не стал. Поздно вечером он прискакал в расположение батальона на своём вороном коне и, вызвав Голубева и Алексеева в дом командира батальона, сказал:

– Пошли брать Петракова, у меня с собой есть фашистская листовка.

В это время Петраков, сидя на лавочке возле маленького дома размером пять на пять метров вместе с сенями, выкурил самокрутку, вошёл в дом и гаркнул:

– Эй, Ванька, ты спишь?

С печки раздался голос:

– Я засыпаю, время отбоя.

– Маня, а ты?

Женщина, которая выглядела намного моложе своих пятидесяти пяти лет, отозвалась с высокой лежанки, пристроенной к печке:

– Тебя жду, Никифор.

– Ну, коль дождалась, слазь ты с этих нар и ложись на кровать.

– А ты что на нары полезешь? Ты на них не поместишься.

– Зато у тебя кровать двуспальная.

Маня притихла.

– Чего молчишь? Ты для начала, Маня, скажи, где твой муж и дети? Ты такая красивая, молодая, – мужчина снял с себя брюки, рубашку и расстелил кровать.

Женщина всхлипнула:

– Я – безмужняя. Был у меня один женатый мужчина, я после него даже поправилась, а в округе из-за этого заговорили о моей беременности. Но из наших отношений получилась одна пустота. Мужчина вскоре вернулся к своей жене.

Петраков подошёл к женщине, погладил её волосы:

– Маня, я – не насильник. Давай хотя бы на время войны побудем мужем и женой, а потом видно будет.

Маня молча сползла с нар и легла на кровать. На женщине была надета лишь одна ночная рубашка.

Степан с двумя партизанами подошёл к маленькому дому, прислушался, постучал в окно и посмотрел на Голубева.

– Эй, бойцы, вас командир вызывает. Я жду вас возле большой берёзы на холме. На сборы даю десять минут.

Из темноты с другой стороны окна раздался голос Петракова:

– Ты что ли, Кузьма? Сейчас будем.

Контрразведчик и разведчики поднялись в начало улицы и сели под огромной берёзой. Степан погладил шершавый ствол великанши:

– Ей лет сто.

Егор снисходительно улыбнулся:

– Лет семьдесят ей.

– Откуда такая точность? – Степан удивленно глянул на Егора.

– Возле моего дома растёт берёза таких же размеров, и осталось ей жить лет пятьдесят. Такой век берёз. Когда вернусь с войны, рядом со своей красавицей посажу молоденькую берёзку, чтобы символ России и красоты не иссякал в веках.

Степан усмехнулся:

– Интересный ты человек, гармонист, усмехнулся Степан, – в отношении тебя у командиров есть идея.