Курганские

Осмотрелся вокруг, оставил машину, не доехав до места, и дальше пошел пешком. Ничего подозрительного я не обнаружил.

Войдя в помещение, я увидел уже сидящих там Олесю с Ольгой. Олеся была бледная, осунувшаяся. Я взял ее за руки.

– Олеся, ну как ты? – Я чуть было не добавил «милая», но сдержался.

Она покачала головой, как бы сказав, что ей очень плохо.

– Про Олега слышала?

Она опять кивнула головой. Мы прошли в мой кабинет.

– Ну, рассказывай! – сказал я.

– Похитили меня у бутика, торгующего товарами фирмы Армани, – начала Олеся, – затолкали в машину, рот заклеили широким скотчем, руки тоже замотали.

Привезли в какую-то квартиру, там держали. Кормили нормально, не били.

– Что они требовали? Что это были за люди?

– Кто знает, что за люди... Наверное, враги Олежки. Ничего не требовали, видимо, чего-то ждали, что-то хотели получить. Никто со мной не разговаривал. Должны были приехать какие-то старшие для разговора со мной, но так и не доехали. Они где-то за границей были.

– Почему ты так решила?

– Потому, что те, кто меня охранял, без конца с ними по мобильному телефону говорили.

Все время набирали код страны, который никак запомнить не могли.

– Ну и что? Как же тебя освободили?

– А как в новостях про Олега передали...

– А, так ты там телевизор смотрела?

– Да, все как в обычной жизни было, только по телефону разговаривать не давали и на улицу выходить. А так я все видела и слышала. Как показали Олежку, сразу же те, кто меня сторожил, стали старшим звонить.

Долго о чем-то говорили, потом выпустили меня.

– И ничего не сказали?

– Ничего. Только – что найдут, если нужно будет.

– А как ты думаешь, кто его мог...

– Я хотела это у вас спросить.

– Ты знаешь, что у меня тоже были неприятности? – И я вкратце рассказал ей про обыск, про попытку проведения допроса, про одного человека, на которого надеялся Олег, намекая на Бориса Петровича. Она слушала меня, глядя в сторону безразличным взглядом.

– Вы поможете мне его забрать? – неожиданно спросила она.

– Конечно, – ответил я. И обратился к Ольге: – А как ты, Оля?

– Да, мой муж ведь тоже... Он был совершенно здоров. Я накануне получила свидание у следователя, приходила к нему, мы разговаривали. Было все нормально, и вдруг – в тот же день он умирает... Сказали, что завтра можно получить тело.

– Значит, поедем вместе.

Мы говорили еще долго. Про Голландию я ничего не сказал.

На следующий день в полдень мы подъехали к следственному изолятору.