Комиссар госбезопасности.

Потом он расспрашивал определявшихся на постой бойцов о брате, но никто о нем не слышал. Николай как в воду канул.

Из центра Пашка тут же отправился на Ланжерон, где получил у Васалаки расчет, а утром, направился записываться в Красную Армию.

– И на хрена тебе это надо? – почесываясь и зевая в свете чадящей плошки, спросил Марко. – Мне что красные, что белые, один черт.

– А чтоб такие пацаны как вы, не жили в катакомбах,– чуть подумал Пашка. Затем пожал всем руки и исчез во мраке

– Ты того, если не возьмут, возвращайся! – крикнул вслед Шкет.

Добравшись в центр города, уже расцвеченный красными флагами, парнишка поозирался и подошел к группе бойцов, гревшихся у дымного костра в сквере. У них выяснил, что запись идет на Канатной. Эту улицу он знал, там находились казармы бывшего юнкерского училища, двинул туда.

Часовой на территорию казарм не пустил и кивнул на особняк напротив – топай туда, там набирают. Пашка перешел булыжную мостовую, над входом висел плакат – красный боец в буденовке и с винтовкой тыкал вперед пальцем и слова «Ты записался добровольцем?»

– Это мы враз, – потянул на себя ручку двери мальчишка.

Очередь вопреки ожиданиям, внутри была небольшая, человек пятнадцать.

– Кто крайний?

На него удивленно уставились, а потом один, по виду студент в форменной фуражке и кургузой шинели сказал «я».

– Зря пришел, хлопче, годами не вышел, – пробасил здоровенный дядька в домотканой свитке.

– Тебя не спросил,– огрызнулся Пашка и пристроился сзади.

– Следующий, – вышел студент, пряча свою в карман.

В кабинете с высоким потолком и широкими окнами, за столом сидели двое, в гимнастерках перетянутых ремнями, сбоку в красной косынке девушка, передней пишущая машинка «Ундервуд».

– Ты чего пришел, пацан? – не предлагая сесть, поднял бритую голову на Пашку старший.

– Как чего? Записаться в Красную Армию,– сдернул с головы картуз.

– Тебе сколько лет?

– Четырнадцать, – прибавил себе год Пашка.

– Рано тебе еще в армию, топай домой и пригласи следующего.

– И ничего не рано, – упрямо выпятил подбородок. – Я уже раньше служил у красных.

– И где ж это ты служил? – недоверчиво хмыкнул второй, с перевязанной рукой и в кубанке.

– В первом, а потом втором полку 5-й Заднепровской дивизии.

– Кем?

– Сначала вторым номером на пулемете, а потом связным.