Русская рулетка

– Нет вопросов, – ответил тот.– Заодно подышим воздухом, погода благоприятствует. День выдался солнечным, с крыш звонко рушились сосульки, чувствовалось приближение весны.

Когда в назначенное время Филатов подошел к памятнику основателю Москвы, Орлов, задрав голову, с интересом разглядывал сзади жеребца князя.

– Почему с такого ракурса? – пожал другу руку.

– Да понимаешь, – ответил тот,– непорядок, и ткнул пальцем под круп скульптуры.

– Вроде все нормально, – пожал плечами Филатов. – Даже яйца на месте.

– На месте, а не блестят.

– А что, должны блестеть? – вскинул брови приятель.

– Непременно. Был я в прошлом году в Питере, так там, у памятника Петра, с этим делом все нормально.

– Неужели блестят?

– Ну да. Его коню, нахимовцы, каждый выпуск драят.

– Иды ты!

– Сам иди. И оба рассмеялись.

– Так, ладно, – это все лирика, – огляделся по сторонам Орлов. – Давай пройдем к Ильичу, там поговорим серьезно.

От памятника они направились назад, к фонтану, отключенному на зиму, спустились на несколько ступеней вниз и оказались в небольшом сквере, окаймленном старыми липами.

В центре на высоком гранитном пьедестале, сидел грустный Ленин, в подтаявшей лужице чирикали воробьи, а на одной из скамеек несколько бомжей распивали водку.

Миновав их, друзья уселись на дальнюю, закурили, и Орлов, помолчав, сказал, – мы нашли твоего заказчика, Валера. Он из МИ-6.

– Ни хрена себе, – поперхнулся Филатов дымом. – Чем дальше в лес, тем толще партизаны.

– Само собой, – хмыкнул Орлов, – вот послушай.

И вынув из кармана диктофон, вручил приятелю. Тот взял и щелкнул кнопкой.

Сначала раздалось легкое шипение, а потом голос Филатова. «Ну, вот и встретились. Ты зачем заказал нашего друга?»

«Какого друга? Я не заказывал» ответил второй, с легким акцентом и дрожащий.

«Не темни, нам все известно». И далее аппарат выдал весь разговор, до обещания отпустить, после чего отключился.

– М-да, весьма ценная информация, я твой должник,– взглянул на приятеля Филатов.

– Ну, так забери пленку и используй что надо, только потом сотри. Сам понимаешь.

– Понимаю, – извлек тот кассету, вернул диктофон, а затем спросил, – насколько понял, вы его после отпустили?

– Естественно (сделал честные глаза Орлов) тебе он больше не опасен, пускай гуляет.

Они немного помолчали, нежась в солнечных лучах, воздух явно прогревался

– Послушай, Леш, – взглянул Филатов на наручные часы. – Уже почти час, давай вместе пообедаем.

– Давай.