Саур-Могила. Повесть

Была, у парня и зазноба по имени Оксана, к которой он питал чувства еще до службы. Оксана училась в мединституте в Луганске, приезжала на выходные домой, они вместе ходили в кино на танцы и катались на мотоцикле.

Но дальше этого дело не шло, как ухажер не старался.

Между тем в стране, творилось что-то непонятное.

В политику бывший сержант особо не вникал, но факт был налицо, что он наблюдал собственными глазами.

Полки магазинов пустели, а цены росли, на предприятиях «Стахановугля» начали задерживать зарплату.

– Гребанный «пятнистый!»* – возмущались в нарядных шахтеры и выдвигали требования дирекции.

А поскольку «гвардия труда» была всегда решительной в действиях и поступках, на стахановских шахтах учинили стачком*, и пошло- поехало. На пространствах Союза грянули первые шахтерские забастовки.

Затем на политическом горизонте возник бывший сподвижник Горбачева Ельцин, ставший громить своего патрона с высоких трибун, призывая того к отставке и обещая светлое будущее.

– Так его суку! – возбуждался у телевизоров рабочий класс, а интеллигенция в Москве выходила на митинги в поддержку небывалого революционера.

Бардак меж тем нарастал: случился ГКЧП, на окраинах ширились националистические движения, и пролилась первая кровь, что привело к плачевным результатам.

В декабре 1991-го усилиями Горбачева с Ельциным и при участии их западных друзей, Союз Советских Социалистических республик канул в лету, а новые «свободные республики», с подачи Ельцина, принялись созидать светлое будущее.

Украина получила самое большое наследство, включавшее индустриальный Донбасс, высокоразвитое сельское хозяйство и всесоюзную здравницу Крым – жемчужину Черноморья.

Ее первый президент Кравчук, один из подписантов Беловежского соглашения*, тут же озвучил народу программу великих преобразований: реформа политической системы, приватизация и возрождение страны.

В результате гербом «нэзалэжной» стал бандеровский трезуб*, а гимном песня сичевых стрельцов гетьмана Симона Петлюры.

У старшего поколения жителей востока страны и в первую очередь фронтовиков, многие из которых были еще живы, это вызвало волну протеста.

– Немецкие холуи с такими «вилами» на конфедератках, стреляли нам в спины при освобождении Львова, – возмутился отец Сашки, увидев атрибут новой власти.