Третий Рим

– Располагайтесь господа,– пригласил полковник американцев к уже сервированному столу, и через минуту в комнату вошла миловидная блондинка.

Улыбаясь, она изящно водрузила в центре серебряный поднос с кофейником, разлила душистый, исходящий паром напиток в фарфоровые, стоящие перед гостями чашки, и, сделав книксен*, простучала каблучками в сторону двери.

– У вас есть и женщины? – проводил ее взглядом Бэрд.

– И не только – ответил Гартман. – Прошу вас, адмирал, свежие сливки.

После кофе американцам были предложены сигары (второй человек Рейха не курил), а затем Гиммлер сообщил, что их примет сам фюрер.

– Кха – кха – кха – поперхнулся «гаваной» Бэрд, а более выдержанный Фрейзер кивнул, – будем весьма признательны.

Далее состоялся переход по длинному, с бронзовыми пьедесталами Фридриха I, Бисмарка и Ницше коридору, с мягкой, пурпурного цвета ковровой дорожкой, подъем бесшумным лифтом на пару этажей вверх, и вся группа очутилась в большом, отделанном

черным мрамором зале, с золоченным имперским орлом над противоположной дверью и застывшими у нее, двумя рослыми эсэсовцами в парадной форме.

– Битте, – сказал шедший впереди Гиммлер, и стражи распахнули створки.

В обширной приемной, со стоящими вдоль стен кожаными диванами и искрящейся вверху хрусталем люстрой, их встретил подтянутый, спортивного вида офицер, который, доложил Гиммлеру, что фюрер на месте и готов принять посетителей.

Затем он профессионально досмотрел американцев (те многозначительно переглянулись) после чего Гиммлер пригласил гостей в кабинет того, кого весь мир считал усопшим.

«Мертвец» стоял в дальнем его конце, и, заложив правую руку за лацкан пиджака, пучился из – под косой челки на вошедших.

– Посланцы американского президента, мою фюрер! – выбросив руку в нацистском приветствии, пролаял рейхсминистр. – Генерал Уильям Фрейзер и адмирал Ричард Бэрд!

Нетвердо ступая и чуть подволакивая правую ногу, Гитлер подошел ближе, подозрительно оглядел американцев, после чего стороны обменялись приветствиями.

Затем он пригласил гостей присесть за длинный, с десятком дубовых стульев стол, сам проследовал к сопряженному с ним второму и опустился в кресло с высокой резной спинкой.

– Я могу начинать? – сказал расположившийся напротив американцев, рядом с полковником Гиммлер, обращаясь к своему патрону.

– Да, – последовал ответ, и рейхсминистр подробно доложил о результатах переговоров.