Третий Рим

Переступив через высокий комингс, вся компания оказалась в подобии кают-компании, с широкими кожаными диванами по периметру, развешанными по стенам картинами маринистов, большим аквариумом с золотыми рыбками и богато накрытым столом в центре.

– Лепота! – обвел глазами все это великолепия помощник, а восточный человек, открыл створки встроенного в переборку шкафа и предложил всем раздеться.

– Так, Марат, – первым нацепив пальто на вешалку, – обратился к нему Львов, – что у тебя есть из горячего?

– Все как приказано: солянка морская сборная, котлеты по – киевски, блины с икрой и жульены, – четко отрапортовал тот.

Офицеры переглянулись и сглотнули слюну.

– Давай, тащи все, – одобрительно сказал Львов, – а мы пока приведем себя в порядок.

– Он кто, турок? – поинтересовался Туровер, когда все мыли руки в расположенном за одной из дверей, сияющем бронзой и кафелем, умывальнике.

– Ну да, месхетинский, – утвердительно сказал Алька. – В прошлом мичман, служил коком у отца в штабе. Ну а теперь тут заворачивает.

– Не хило, как я погляжу, вы все устроились, – нажал клавишу рукосушилки Майский. – Помирать не надо!

– Окстись Саня, типун тебе на язык, – дурашливо перекрестился Львов.

Когда они вернулись, двое, в белоснежных куртках официантов, завершали парад блюд, и по знаку Марата удалились.

– Прошу к столу, садитесь жрать, пожалуйста, – произнес Алька фразу из известного кинофильма и, весело смеясь, все расселись по диванам.

– Как, мичман, примешь с нами грамульку? – кивнул метрдотелю Алька на запотевший графинчик с водкой.

– Нет, – вздохнул тот, – на службе не положено. – Если я понадоблюсь, вон звонок – и кивнул на медную кнопку у крайнего дивана.

– Итак, приступим! – потянулся за графинчиком Львов, и он пошел по кругу.

– За встречу! – обождав, пока все нальют, встал он, и пять рюмок отзывались хрустальным звоном.

Несколько минут слышалось дружное звяканье ложек о фаянс тарелок, потом выпили вторую, «за тех, кто в море» и отдали дань сочным, на косточках котлетам, с румяно поджаренным картофелем – фри.

– Ну, а теперь рассказывайте, какие планы на будущее, – откинувшись на спинку дивана, извлек Львов из пачки тонкую сигарету и щелкнул зипповской* зажигалкой.

– Да какие, – с наслаждением вытянул фужер боржома Майский, – я остаюсь тут, у меня на Невском комната в коммуналке. Виктор едет к себе в Донбасс, копать уголь, а ребята, – кивает на минера с химиком, возрождать незалежну Украину.